Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

Не дураки, понимали, кто сию фортецию придумал. Уж точно не Репнин.

И тут запел на минарете муэдзин.

Стих в голове у Борового возник. Был как-то на одном литературном вечере. Жена притащила, там её знакомая стихи читала. Знакомая графоманка полная оказалась, а вот строчки одного лохматого мужика запомнились.

Чего на самом деле запел муэдзин, Юрий Васильевич не знал, знал другое — это сигнал к началу операции «Консервный нож».

Бабах. Выстрел разорвал розовое утро. Кончилось оно. Забухали поочерёдно миномёты, окутываясь дымами. Чуть выждав, к воротам побежали сначала шесть самых здоровых дворян с котлом.

Пока не стреляют со стен. Юрий Васильевич оплеуху себе мысленно отвесил. Стекло есть, очки сделал митрополиту Макарию, чего же не сотворил подзорную трубу, все попаданцы с неё начинают, а ему даже в бошку вот до этой секунды и не приходила эта свежая попаданческая мысль. Ничего, вернётся. Ну, наверное. Когда «повара» с котлом пробежали половину пути за ними припустились пять воев с огромным мешком. Перед собой в одно руке щит, у татар временно изъятый, в другой лямка, присобаченная к мешку. Бегут они тяжело. И вес у пороха приличный и бежать неудобно, запинаются о мешок. Да и ладно бы, лишь бы в него сейчас из какой аркебузы карамультучной со стены не шмальнули, вот будет бадабум незапланированный.

Повара добежали до ворот, и от продолжающих закидывать за ворота уже последние мины, минометов, бросились бежать туда, в эту кучу смертников, ещё и двадцать человек с большими камнями. Камни килограмм по двадцать пять — тридцать. Булыжники такие. А бежать больше двухсот метров. Медленно ползут, как беременные женщины живот, каменюку перед собой держа. Или это только кажется, что медленно? Ратники бросили котел, достали кирки из-за спины и стали перед воротами борозду рыть.

Тут к ним подоспели вои с мешком. Они привалили его к воротам, и все вместе схватились за медный котёл. Упёрли его в небольшую вырытую канавку и поставили на попа. Прикрывая порох. И со всех ног назад.

А навстречу им ещё двое от минометов стартанули. Эти каждый с метровым отрезком бикфордова шнура. Юрий Васильевич перевёл взгляд на татарских лучников, уловив движение в их рядах. Они подошли метров на пятьдесят к воротам и сейчас осыпали башенки и стены у ворот десятками стрел, не давая высунуться их соплеменникам, защищавшим город.

Выходит, не всех мины напугали и не всех муэдзин собрал в мечеть своим пением. Привыкли уже к минам и отвыкли от молитв.

А чего кирки? Бросили, гады. Ох, с огнём играют. Да, с порохом. Ну, кончится это действо, он им выдаст на орехи. Кирки и лопаты Юрий Васильевич заказал в Калуге кузнецам, когда только начали строительство рабочего посёлка в Кондырево. Дорого, хреново. Первые он забраковал. Лопаты тупо гнулись.