Вернуть Боярство 23
А такое я не прощаю никому. Жаль, что мы оказались по разные стороны баррикад.
Красные и Фиолетовые Молнии, под полными усилениями Желтой и Золотой, забегали по камере, охватив все вокруг. Красное и Фиолетовое сошлись прямо на моем бывшем командире.
Шаг — и я прямо перед ним. Чародей, которого сейчас не просто убивали, а разрушали во всех его бытиях. Аура, энергетика, плоть, связи души и тела… Столь изворотливого чародея, виртуоза магии Крови, надо убивать либо боевой магией восьмого, а лучше девятого ранга, либо так, как я. Ибо высшая боевая магия разрушит здесь пару этажей.
— Прощай, Воронцов. Удачи в следующей жизни…
Я положил ладонь на усыхающего и распадающегося Архимага и ударил Черной Молнией, оплетенной, окутанной Силой Души. Мой удар пришелся прямо по Печатям Алексея. Первой пала, просопротивлявшись десять секунд, единственная активная из них. Остальные смели мигом, ибо в них уже не было силы.
Все, что мог, я сделал — очистил его душу, дав возможность однажды переродиться или уйти в какое-либо посмертие… А затем, когда душа почти улетела в Серые Пределы, я позволил Рогарду моей Силой Души сделать нечто столь тонкое, сложное и могущественное, что я ощутил легкую боль в своей ауре.
Он воздействовал напрямую на саму душу Алексея — делал то и так, что недоступно никакому Великому Магу.
— Я активировал следы этой его Маши, что остались частично на его внутренней оболочке. Теперь у него есть шанс переродиться рядом с ней.
— Какая глупость, если подумать, — вздохнул я. — Они ведь, по сути, две мрази, которые должны были полностью погибнуть, а мы им тут чуть ли не личную жизнь устраиваем…
Вот и закрыты все связывающие меня с этим местом истории.
Убит вампир. Разгромлены все силы окрестных инсектоидов. Почти все сильнейшие насекомые перебиты, включая королев. И вот убит последний, кто мог бы попытаться что-то сотворить в мое отсутствие.
Я обезопасил свои Родовые Земли по максимуму. Хельга, нежить, Огонек, что бродит по моим землям. Кстати, некоторые Астральные твари остались в нашей реальности, став свитой Огонька.
Пора. На душе заскребли кошки, и с каждым шагом я все сильнее ощущал, что уже сюда не вернусь. Не знаю, в чем дело, и Рогард молчит, собака… Что ж, какие-то там предчувствия меня не остановят.















