Возвращение

 – Вы говорите странные вещи, госпожа Нарен. Лауринь – это была девичья фамилия той дамы, так как же ее дочь может…

– Верно, – я встала, подошла к окну. – Та дама – ее звали Мажеей, если вы запамятовали, – по мужу носила фамилию Лагарста. Но ввиду определенных обстоятельств ее дочь вынуждена была принять фамилию матери и…

– Она все-таки рассталась с ним? – не дал мне договорить Торон. – Или он ее выставил? Я бы не удивился, все-таки…

– Что – все-таки? – обернулась я к нему. – Выкладывайте, нейр Торон. Это именно та история, в которую вы оказались замешаны, а все прочие участники которой, хоть что-то знавшие, уже умерли.

Вы единственный можете рассказать о случившемся. Так говорите!

Торон сглотнул. Ему явно было не по себе. Что ж, даже если та давняя история уже изгладилась из его памяти, я заставлю его вспомнить! Просто я действительно хочу сложить мозаику до конца и узнать, что же произошло почти тридцать лет назад между Мажеей Лагарста и Эвиром Тороном, от которого она, будучи в законном браке, родила двоих детей… Не хватало только этого фрагмента, все остальное стало мне известно еще до отъезда из Арастена, но это – это я рассчитывала услышать прямо сейчас!

– В сущности, нечего особенно рассказывать… – Торон прикрыл глаза.

Сейчас вдруг отчетливо стало видно, что он далеко не так молод, как хочет казаться, и виной тому был не безжалостный дневной свет. – Она была именно такой, как я описал: не так давно замужем, родила сына… Муж – военный, вечно занят на службе. При дворе развлечений много, но Мажея была из бедной семьи, не привыкла к такому и чувствовала себя неуютно. Близких подруг не завела, так что… скучала, конечно.

– И тут появились вы, – сказала я сквозь зубы.

– Да, появился я, – подтвердил он. – Признаюсь, она оказалась твердым орешком, но это меня только раззадорило. Она, представьте себе, уверена была, что обязана хранить верность мужу. Такое вот старомодное воспитание…

– Но вы оказались убедительны, полагаю.

– О да! Я потратил на нее почти полгода, но оно того стоило, – самодовольно улыбнулся Торон, и я прикусила губу, чтобы не выругаться. – Она ведь не была красавицей, Лейда тоже такая… Но присмотришься как следует, и становится ясно – за эту женщину стоит бороться! – Улыбка его вдруг стала печальной.

 – Мне кажется, я даже был влюблен в нее. Когда долго играешь во влюбленность, в самом деле начинаешь ощущать нечто в этом роде…

– А вы играли долго, – кивнула я.

– Да уж… – вздохнул Торон. – Дольше, чем обычно. Это уже начало меня… да, пожалуй, пугать. А потом, как гром среди ясного неба… Мажея забеременела. Ребенок был от меня, совершенно точно, муж ее тогда случился в отъезде, и по срокам выходило, что это ну никак не его сын.