Американский таблоид

Они вошли в картографическую. К ним подошел Чак Роджерс — он держался молодцом. Кемпер быстренько увлек Бобби подальше от него.

Бобби отправился в туалет и раздраженно вылетел оттуда — кто-то нацарапал над писсуарами ругательство в адрес Кеннеди.

Они добрались до столовой «Майами U». Бобби купил им кофе и рулет.

Мимо них несли подносы ребятишки из колледжа. Кемпер с трудом заставлял себя не дергаться, ибо декседрин что-то подействовал дюже сильно.

— Ну и что ты думаешь?

— Ну, скажи, что интервенций на прибрежные районы и сбора разведданных недостаточно. В трехсотый раз повтори, что нам надо пристрелить Фиделя Кастро, и выбрось это из головы.

— Нам надо пристрелить Фиделя Кастро. И я запомню твой ответ, чтобы тебе не пришлось повторяться.

— Мой ответ ты знаешь. Терпеть не могу крайних методов и терпеть не могу носить такие шляпы. Как это Синатра умудряется в них хорошо выглядеть?

Бобби указал на стайку девчонок из колледжа в коротеньких шортиках:

— А что — у них тут нет особой формы одежды?

— Наверное, особенность их одежды — чем меньше, тем лучше.

— Надо будет сказать Джеку. Он непременно пожелает обратиться к студенчеству.

— Рад видеть, что ты стал более терпимым.

— Наверное, более прозорливым.

— И более разборчивым в друзьях и врагах?

Кемпер прихлебывал кофе:

— С кем там наш главный встречается?

— Да все с пустышками. А, и еще с твистовой певичкой, с которой его познакомил Ленни Сэндс.

— И которая не пустышка?

— Скажем так: она слишком умна для клубной певички.

— Ленни приводил ее на вечеринку в доме Питера Лоуфорда в Лос-Анджелесе. У меня создалось впечатление, что она поумнее многих будет, и Джек вечно звонит мне из «Карлайла» и рассказывает, какая она, мол, умница, — что из уст Джека вряд ли услышишь в адрес женщины.

Ленни, твист, Эл-Эй — прелюбопытная троица.

— Барби Ягелка. Сегодня утром Джек звонил ей. Он сказал, что, когда он звонил, в Лос-Анджелесе было пять утра — а она все равно отвечала живо и остроумно.

Вчера вечером Пит звонил из Эл-Эй. В трубке слышался женский голос, мурлыкавший «Let’s Twist Again».

— И что тебе в ней не нравится?

— Да скорее всего то, что она ведет себя не так, как все прочие бабы Джека.

Пит был вымогателем. Ленни — «своим» в кругах лос-анджелесского шоу-биза.

— Думаешь, она может представлять какую-то опасность?

— Не совсем. Просто я подозрителен, потому что у меня работа такая — генпрокурор Соединенных Штатов. А тебе-то что? Мы и так уже говорим об этой женщине на две минуты больше, чем она того заслуживает.

Кемпер скомкал свой стаканчик из-под кофе:

— Просто решил увести разговор от Фиделя.

— Хорошо. И еще раз — нет, я не позволяю твоим друзьям — кубинским мятежникам его убить.

— Хочешь еще что-нибудь посмотреть?

— Нет. За мной машина приехала.