Ангел тьмы

Я тоже этого не знала, но была рада, что Тони нет дома. В тот вечер я долго не могла уснуть, думая о Трое: мне хотелось, чтобы он был рядом, я не в силах была больше ждать. И мысленно приказывала ему прийти в мою спальню, прийти немедленно!

Я ворочалась с боку на бок, но желанное забытье не приходило ко мне. Ни на спине, ни на животе не удавалось заснуть, погрузившись в целительный сон. И внезапно я услышала, что кто-то зовет меня по имени! Я села на кровати и взглянула на часы на тумбочке: светящиеся стрелки показывали два часа ночи. А мне показалось, что прошла целая вечность! Я встала, надела поверх ночной рубашки нежно-зеленый полупрозрачный пеньюар и тихонько спустилась по лестнице. Сама не помню, как очутилась я в лабиринте, босая, на мокрой и холодной траве.

После грозы воздух наполнился свежестью. Ярко светила луна, капли дождя на листве живой изгороди сверкали и искрились, словно звездочки на небе. Вскоре я оказалась перед голубой дверью коттеджа и долго переминалась с ноги на ногу, не решаясь постучаться, но и не в силах заставить себя вернуться в дом. В отчаянии я прижалась лбом к двери и, закрыв глаза, заплакала, чувствуя, что мои ноги подкашиваются и я вот-вот упаду. В этот момент дверь распахнулась, и я рухнула прямо в объятия Троя.

Он молча подхватил меня на руки и отнес на кровать.

Луна осветила его склонившиеся надо мной лицо, его губы, горячие и требовательные, коснулись моих, его жаркие поцелуи и ласковые руки зажгли во мне неистовое пламя, и я, не испытывая ни капли стыда, отдалась ему, легко и радостно. Мы не могли поступить иначе, и, когда все уже было позади, я еще долго не могла прийти в себя, содрогаясь в его объятиях от первого в моей жизни оргазма. С Кэлом Деннисоном все было, конечно, иначе.

Проснулись мы на рассвете, разбуженные сырым и холодным ветром, проникнувшим в комнату через открытое окно. Полусонное щебетание птиц так растрогало меня, что я едва не расплакалась от умиления. Одеяло сползло с кровати и валялось на полу, я нагнулась, чтобы поднять его, но Трой втащил меня назад и стал целовать мое лицо, поглаживая одной рукой мои волосы, а другой все крепче прижимая к своей груди.

— Вчера я думал о тебе, лежа здесь в одиночестве… — прошептал он.

— И я никак не могла заснуть… А потом мне почудилось, что ты зовешь меня.

— Я шел к тебе, когда ты вдруг упала мне в объятия, словно бы услышав мой призыв. И все же не следовало этого делать: я так боюсь, что ты потом раскаешься в содеянном и снова будешь страдать…

— Ты не должен так думать! Никогда я еще не встречала такого нежного и доброго мужчину, как ты.

— И много у тебя их уже было в твои восемнадцать лет? — осевшим голосом спросил он.

— Только один — тот, о котором я тебе рассказывала, — прошептала я, пряча лицо от его пытливых глаз.