Архив смертников

На полу валялись отстрелянные гильзы, запасное колесо выбросили, но брезент остался. Он скинул его вниз, спрыгнул сам. Место для ночлега нашлось в той же нише, метрах в семи от машины. Здесь было сухо, сюда не проникал ветер. Алексей расчистил ногой площадку у стены, постелил брезент. Подошла, пошатываясь и волоча на ремне автомат, Эмма. Он приложил ладонь к ее лбу. Лоб пылал, у Эммы резко поднялась температура! Ее знобило, и она время от времени вздрагивала. Голова была горячей, а руки холодными.

— Пойдем, я тебя положу. — Алексей обнял ее за талию, уложил на брезентовую подстилку, укрыл свободным концом. Она свернулась калачиком и продолжала дрожать. Он опустился на колени, погладил ее по голове. Как-то тоскливо сжалось сердце.

— Смотри, не разболейся, — предупредил он. — Ближайший лазарет далеко, лечить тебя нечем и некому. Надеюсь, твой недуг — всего лишь реакция на события, и к утру все будет хорошо. Хочешь чего-нибудь?

— Я бы выпила сейчас… — Она говорила с трудом, зубы стучали.

Вполне естественное желание — лично он бы сейчас не просто выпил, а надрызгался до поросячьего визга! Алексей вернулся к машине, обшарил бардачок, не найдя там ничего подходящего, кроме зажигалки, обмусоленной сигаретной пачки, каких-то скомканных бумаг и упаковки с галетами. Забрал сигареты с галетами и откинул водительское сиденье. Под ним находился железный ящик — своего рода багажник. Он порылся в содержимом, отыскал какой-то рваный свитер, комплект нательного белья, горький заплесневевший шоколад, ополовиненную бутылку шнапса — как по заказу! — и потащил находки под скалу.

Эмма следила за ним, привстав на колени и обнимая себя за плечи. Он попробовал из горлышка шнапс — какая дрянь! Пили бы нормальную водку — глядишь, и не пришла бы в голову идея завоевать Россию. Пойло скрутило горло, но, отдышавшись, хлебнул еще.

— Надеюсь, ты не собираешься выпить все? — проворчала Эмма, отобрала у него бутылку и припала к ней. Содрогнулась, выпучив глаза, выдохнула. Уровень жидкости в сосуде стремительно упал. — Ничего себе, напились… — прошептала она.

— Ерунда, подлечились немного, — улыбнулся Алексей. — Теперь ложись, и быстро спать. К утру твою хворь как рукой снимет. Утром перекусим… чем бог послал."

"Она не стала возражать, снова свернулась клубочком, засопела. Он укрыл ее свитером, сверху натянул брезент, затем подошел к краю обрыва, присел и выкурил пару сигарет. После горького шнапса отвратительное немецкое курево уже не впечатляло. Странная какая-то нация, считают себя светочами цивилизации, собираются весь мир подмять под себя, а своего не научились ничего делать. Алкоголь дерьмовый, курево дерьмовое, с едой — отдельная грустная тема.