Бывшие. Первая жена

Ты не устала?

— У меня дела, — Ян морщится, кажется, обезболивающее перестает работать. — Знаешь я сделаю? Засуну Северному под шкуру передатчик так, чтобы он сам не знал. Отследим перемещение… Может, узнаем о них больше.

— Ты не узнал голос?

Ян качает головой и снова морщится.

— Я никого из них не знаю. Никогда не пересекался — ни с их видами деятельности, ни с кем из них.

— Они говорили, ты им должен.

— Бандиты всегда считают, что им должны. Лезь в салон, — заметив сомнения на моем лице, Ян добавляет. — Я быстро.

Он собрался спать со мной в машине? Еще чего…

Зло буркаю сквозь зубы, но лезу на заднее сиденье. Там лежит плед, заворачиваюсь и подкладываю под голову свернутую куртку охранника.

Засыпаю мгновенно. Кажется, даже голову до импровизированной подушки не донесла. Я не спала толком последние ночи — вот что значит, ощутить себя в безопасности и в тепле.

Будит меня движение рядом. Уже темно. Просыпаюсь, вздрагивая — в первую минуту не понимаю, где я, и это вызывает панику.

— Ян… — расслабленно выдыхаю и сажусь, пытаясь прийти в себя.

В лесу темно не так, как в городе.

Источников света нет вообще, и если ночь безлунная, как сейчас, то хоть глаз выколи.

Он нависает надо мной, протискиваясь в салон. Тихо стонет, пытаясь устроится на сиденье.

— Рука болит? — тихо спрашиваю я.

Он молчит, укрывшись пледом, но вижу, что не спит. Места на заднем сиденье мало. Он ложится мне на колени, и я напрягаюсь от неожиданности.

Ну, не раненого же сгонять?

— Тебе нужен врач, — напоминаю вновь. — Дело даже не в том, что там остались осколки от кости. Скоро будут сутки, может начаться воспаление… Ты же не хочешь заработать заражение крови?

— Я принял антибиотики.

— Все равно. Когда мы вернемся в город?

— Завтра вечером будем там.

— Когда начнется обмен?

— Утром. Нас там не будет.

Вряд ли Горский лично поедет хлопотать за телохранителя, пусть и такого, как Герман. Я там вообще не нужна.

Интересно, Ян спасает его, потому что к нему привязан или просто чтобы не оставлять в руках врага козырь против себя? Он был прав: Герман знает о нем слишком многое. Как устроена охрана. Наверняка, секретные коды для службы безопасности, и бог знает, что еще.

Повезет, если не доперли, что это личный телохранитель Горского, доверенное лицо, что вряд ли… В этом случае Яну придется менять всю систему безопасности. Придется быть еще долго настороже. А еще это означает, что Германа сейчас пытают, не жалея, чтобы выбить из него как можно больше до обмена. Им нужно, чтобы к утру он еще был живым и это все.

Чертовы амбиции бывшего, вот что в этом виновато.

Да и Герман тоже виноват.

Если бы они не настояли идти к Роману на свидание в тот проклятый вечер, этого все го бы не было. Может, Ян и палец себе поэтому отрезал.