Дочь воина, или Кадеты не сдаются

Даже не возникло желания выяснять, в каком из миров «Кипец» почитается богом, но вот помянуть его еще пару раз все же пришлось! Вглядываясь в монитор сейра и одновременно отползая из зоны видимости на крыше, я начала переключать камеры и узрела: пока я тут папика спасала, сей великий воин обнаружился в моей гостиной рубящим в капусту таких же ползучих воинов. Короче, я папашку спасаю, он — меня. Семейная идиллия!

Отщелкала таймер, узрела момент врывания папандра в покои нелюбимой дочери — выбил дверь, получил порцию перцовки, поскользнулся, но не упал! Остальные шестеро воинов МакВаррас, что с ним были, поскользнулись, упали, башками в крем-депилятор втемяшились.

А папандр — прыжок вверх, кувырок, и папик стоит, слезки пускает и рубит… тех, кто пытается выползти с балкона. А там мой шерстюсик… почему-то никого не грызет и подозрительно миролюбиво к пришельцам относится… что наталкивает на размышления о Нрого!

И тут сейр вновь возопил:

Отмотала камеры в режим реального времени и… была вознаграждена! Более десяти индивидуумов в черном ворвались через двери, видимо, прорывались с боем, получили дозу перцового газа, поскользнулись и… впечатались мордами в обильно намазанный депилятором диван, от которого уже отошли МакВаррас.

Красота! А уж как они взвыли!

И все бы ничего, но тут папик рванул в мою спальню, и на весь дворец раздался вопль: «Киран!» Теперь сижу и хихикаю, причем подленько. Нет, ну однозначно вечер перестает быть томным. А папандр вдруг извлек какую-то хрень плоскую, что-то понажимал и…

— Ты где? — Рожа отче высветилась на моем экране.

— Изображаю глас божий, — созналась я.

И как он это определил?

— Может, и на крыше, — мило улыбаясь, ответила я.

И тут улыбнулся папик. Как-то удивленно и вместе с тем радостно, а затем спросил:

— Неужели ты подняла шум исключительно в целях спасения моей жизни?

Но я на семейные нежности была не настроена после всего потока информации, посему грустно выдала:

— Все в молодости совершают ошибки, я не исключение.

Улыбаться папандр перестал вмиг, нахмурился, слезы вытер, затем приказал:

— Э-э-э нет. — Я решила поязвить. — В прошлый раз, когда ты приказал оставаться в своих комнатах, ничем хорошим это не закончилось. Целое побоище мне там устроили!

На волевом лице воина с такими красными глазами и непрекращающимся потоком слез промелькнуло выражение ярости, и папандр прошипел:

— Они даже не успели бы добраться до твоей спальни!

— А вдруг я захотела бы выйти… туалет так неудачно расположен.

Так что их появление было прямой угрозой моей жизни!

У него от ярости даже слезы остановились, и папик прорычал:

— Менее всего они были расположены лишать тебя жизни!

— А кто их знает? — резонно возразила я.

— Сам заслал? — решила и я к знаниям приобщиться.