"Фантастика 2024-94". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Эликсиры делятся на те же три категории, что и артефакты: слабые, средние и сильные и отличаются количеством магической силы, запасённой в них. Для определения категории применяется простой и надёжный метод. Из длинных тонких листьев одной волшебной травки женщины плетут верёвку, отрезают от неё кусочек подходящего размера и опускают оба края верёвки в эликсир. Через недолгое время зелёная верёвка меняет цвет. Жёлтый цвет означает, что эликсир слабенький, оранжевый — средний, и красный, если сильный. Запечатывая воском горлышко бутылочки, верёвочку оставляют поверх пробки, чтобы сразу бросалась в глаза.
Теперь Иван решил выбрать время для исследования зелья и попытаться создать эликсир. Познание зелий не заняло много времени. С учётом того, что большинство видов артефактов Иван уже знал, разобраться с зельями смог всего за один вечер. В корзинке оказались один готовый препарат от температуры, три заготовки для эликсира здоровья, две противозачаточных и одна от насекомых. Дальше — самое сложное. Как из зелья создать эликсир? Судя по сведениям внутренней магической уверенности, магия в зелье и в артефакте одинаковая.
Чтобы проверить эту самую простую версию Иван дождался вечера и пришёл в кладовку. Почему-то захотелось провести магический эксперимент рядом с магической подругой, да и не топчется никто вокруг, не бубнит под ухо. Привидение, которое он, недолго думая назвал Аномалией, уже привычно обрадовалось его появлению.
Взяв одно зелье слабого здоровья, маг принялся напитывать его магией. Мана начала успешно проникать в субстанцию, что вселило надежду на успех.
Следующий час прошёл в безуспешных попытках создать эликсир. Зелье оказалось очень плохим вместилищем магии. Она выливалась из него как вода из дуршлага и благополучно поглощалось ненасытной Аномалией, излучающей эмоцию удовольствия.
Понаблюдав немного за мучениями мага-недоучки, Аномалия внезапно выстелила протуберанцем маны в горшочек и в тот же миг тончайшие лохмотья тонкого тела зелья обернулись вокруг сосуда, словно кокон, истончившись настолько сильно, что аж замерцали, находясь на пределе.

















