"Фантастика 2024-94". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Повышенная концентрация чёрной энергии видна даже с пирса. А что мы увидим, если спустимся в трюм, я даже думать не хочу. Возможно, их накрыла пыльная буря, а может какой-то бочонок оказался запечатан не плотно. Демоны с ней, с этой посудиной! Вы получили отменную прибыль, купите другую.

— Не считайте деньги порта, уважаемый Пелюк, — проворчал Гросс.

— Я за то, чтобы сжечь эту заразу немедленно! — твёрдо заявил молодой маг.

— Поддерживаю, — вздохнул Пелюк.

— Ну ладно, ладно. — сдался Гросс. — Вот бы вас самих заставить объяснить это господину Пондеру…

— Зовите начальника, господин Гросс.

 — подобрел Хонест. — Я подтвержу своё мнение.

— Прекрасно, — с благодарностью поклонился портовый маг и отправил посыльного.

Через полчаса прибыл начальник порта. Им оказался крупный мужчина в возрасте, с залысинами на седеющей голове. В руках он держал крупную трость со сверкающим магией камнем, вставленным в красивый резной набалдашник. Скривившись, он выслушал вердикт трёх уважаемых магов и сетуя на дополнительные расходы вынужденно дал добро на уничтожение судна.

Приговорённую Чёрную Баржу шлюпкой оттащили подальше в гавань, а утром вывели в открытое море и там забросали фаерболами.

Ивану очень понравился молодой энергичный и явно совестливый маг Хонест. Он решил, что такой человек вполне подойдёт ему в качестве наставника в магическом искусстве. А что молодой — не беда. Возможно, это им даже поможет найти общий язык.

Подслушанный разговор дал благодатную пищу для размышлений. Во-первых, магический пепел крайне хреновая штуковина, от которой надо держаться подальше. Во-вторых, от этой заразы имеется защита, что очень воодушевляло.

Вернувшись в кубрик, Иван почувствовал, что соскучился по своей маленькой подруге.

В последние дни скорость обучению срединному языку сильно упала. Если вначале он узнавал по двадцать слов в день, то теперь лишь пару-тройку. Простоватые грузчики не могли дать любопытному парню большого разнообразия тем для беседы. Тенис, будучи умной и образованной девочкой, выгодно отличалась в этом отношении. Беседы с ней были весьма содержательны и познавательны. Ваня решил, что попросит подругу его подучить.

Иван сгонял в кладовку, зарядил камни, вернулся в кубрик и расслабился.

Сразу навалилась грусть, а вместе с ней воспоминания.

Первые годы в Германии были трудными и суетными. Старания постепенно приносили опыт, который позволил по крупицам собрать свою команду. Так, почти случайно, был найден белорус Иван Васильевич Полисевич, который при переезде в Германию стал Израилем Моисеевичем. В хитросплетения судьбы этого уникального человека Иван не влезал, но периодически по-дружески подкалывал. Юмор парень вполне понимал, так что они прекрасно сработались.