Гарем вне закона

Войдя во дворец, мы долго шли замысловатыми переходами, спускались и поднимались по лестницам. Всё вокруг меня прямо таки кричало о роскоши, начиная с картин и гобеленов на стенах и заканчивая красными ковровыми дорожками под ногами. Преобладали во дворце красные и золотые тона.

– Спасибо, интерфейс, за образовательную минутку, – негромко произнёс я. – Сахаринка, а какой цвет у рабочих муравьёв?

– Зелень, – рассеяно ответила та, думая о чём-то о своём. – Надежда, изобилие, свобода и радость… Хотя иногда означает просто луговую траву. Зачастую используют комбинации цветов, как у нас, рейнджеров-фуражиров – красный и зелёный.

Мы ведь не только добываем еду, но и сражаемся.

Навстречу нам в основном попадались слуги и стражники, а также редкие придворные. Один раз мимо прошли два весьма странных типа, окружённые свитой из дюжины мирмеций-служанок. Типы без всякого сомнения относились к народу мирмеций, только вот несомненно являлись мужчинами. Мужчинами с наращенными ресницами, активно пользующимися косметикой. Они носили синие мундиры с эполетами, за их спинами я увидел сложенные полупрозрачные крылья.

Один являлся блондином, другой – брюнетом.

– Ох уж эти женщины-с, – произнёс брюнет, размахивая перед лицом надушенным платочком. – Грубые, примитивные… Не способные тонко чувствовать… Представляешь, они не оценили мою новую песню… Слушатели поставили всего девяносто восемь баллов из ста…

– Фу, как грубо… – ответил блондин, надув губы. – Как они могли…

– Им подавай примитивщину, вроде муси-пуси или малинки-малинки, – продолжал горевать брюнет. – «Цвет настроения синий» уже все забыли… Высокое искусство никому не нужно… Фу на них…

– Но надо помнить, дорогуша, что Мирмеград держится именно на простых девочках-трудяжечках, – сказал блондин.

– А наша главная задача поддерживать их своими песнями, чтобы сердечки трепетали, душеньки пели, а работа спорилась.

– Да, дорогуша, ты совершенно прав… – брюнет вздохнул. – Кстати, прости, что я на прошлой неделе вылил тебе за шиворот целую миску с супом…

– И ты прости, что я позавчера швырнул в тебя тортом… Да уж, кажется, мы в этом месяце сильно перевыполнили норму драк, ссор и скандалов.

– Да, достоверность страдает… Так что до конца месяца больше никаких ссор по договору, дорогуша, только любовь и согласие… Муа! – он сделал характерное движение губами в сторону собеседника, словно посылал воздушный поцелуй.

– Муа! – блондин повторил движение.

Оба трутня и их свита скрылись за поворотом.

– Это кто такие были? – я обратился к Сахаринке, пребывая в лёгком шоке от увиденного. А может быть и не очень лёгком.

– Это были принц Измарагд и принц Сафир, – произнесла Сахаринка.