Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года

Полковник по инстанции отправил в штаб дивизии прошение. Бумагу передали в корпус, и Алексею присвоили первый офицерский чин – прапорщик. И в должности повысили, назначив командиром роты. Хотя по численности рота не дотягивала до взвода. Но пополнение обещали. У французов ситуация не лучше. Потери большие. Наполеона со всех сторон обложили союзники, с каждым днем уменьшая возможности для маневра.

У простого человека шансов получить офицерское звание немного. Нужно отучиться в военном училище. И мало сдать вступительные экзамены с высокими оценками, надо еще иметь достойных родителей, из дворян, священнослужителей, на худой конец, из среды интеллигентов – учителей, врачей.

Как раз здесь значительный отсев: дети мещан, тем более разночинцев, крестьян, рабочих, шансов поступить не имеют. Но война – отличная карьерная лестница. Смерти, ранения освобождают множество вакансий. Зачастую делают карьеру люди способные, но не «вышедшие званием». Так же и с наградами. Для военного на войне самая почетная награда – золотое оружие за храбрость. Позолоченная сабля с богатым темляком, выгравированной надписью – предмет зависти многих. За период войны с Наполеоном с 1812 по 1814 год вручалась 1700 раз. Орденов было всего пять. Святого Андрея Первозванного и Святого Александра Невского – только для генералов. Святого Владимира и Святой Анны простолюдину, да даже младшему и среднему офицеру, тоже не получить. А вот Святого Георгия можно. Существовало четыре степени ордена. Первые три степени – офицерские, а четвертая – солдатская. Причем по статуту при встрече с солдатом, имевшим Георгия, офицер был обязан первым отдать честь. В армии солдаты называли орден «Егорием», и был он уважаем и чтим. Была еще медаль «За взятие Парижа» и медаль «В память Отечественной войны 1812 года», учрежденная 5 февраля 1813 года, из серебра, и вручали ее всем строевым чинам, участвовавшим в войне с Наполеоном, – всего 250 000. Были и совсем редкие медали вроде «За любовь к Отечеству», которой были удостоены всего двадцать семь особо отличившихся партизан, но двое не дожили до вручения.

Награждали еще деньгами и особыми грамотами. Алексей за штыковую атаку, когда повел за собой батальон, получил сразу три поощрения – повышение в звании, в должности и деньги, десять рублей серебром.

Причем это было почетнее, чем десять рублей ассигнациями, потому как серебро – драгоценный металл, будь он во Франции, Берлине или Москве. А ассигнации – всего лишь бумажки, которые и подделать легко можно, как оказалось.

Алексей в душе побаивался: как-то примут его офицеры полка. В офицерском собрании было двое, которые помнили Алексея еще рядовым егерем. Но, видимо, боевые заслуги в армии значили много, и старослужащие офицеры приняли Алексея благосклонно.