Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года

Шварценберг, стратег слабый, убоялся неприятеля, приказал перейти к обороне. Но приказ русским войскам запоздал, они уже пошли в атаку. Не поддержанные соседями, русские понесли потери и отступили. Наполеон следующим днем, 15 августа, решил повторить атаку и разгромить союзников. Нанес удар по левому флангу, где стояли австрийцы, в центре занимали оборону пруссаки. Австрийцы удара не выдержали, были сброшены в овраг, разделяющий австрийцев и пруссаков. В это время хлынул сильный ливень, стрельба стала невозможна, ибо порох на полках замков ружей и пушек мгновенно замокал.

Разгорелся рукопашный бой, дрались холодным оружием – саблями, тесаками, штыками и даже прикладами. Союзники прогнулись, отступили. Дрезденское сражение стало последним успехом французов в кампании 1813 года.

Алексею, как и его полку, здорово досталось. Когда пошел ливень, не только стрелять, даже стоять было невозможно, ибо ноги разъезжались, землю развезло. Кожаные подошвы сапог скользили, как по льду. Алексей бежал на шаг-два впереди взвода. Сзади хлюпали по лужам, оскальзываясь, солдаты. Столкнулись. В первой, самой страшной, сшибке погибло не меньше половины взвода.

Но и французов полегло немало. Алексей отбивался штуцером с примкнутым штыком по простой причине – он длиннее, чем рука с тесаком. Одного сразил, другого, сам получил легкое ранение в руку. Небольшая передышка получилась, пока французы перегруппировывались. Оказалось, в полку потери в руководящем составе. Убиты командир роты и батальона. Да оно так и должно было случиться: офицеры отличаются формой, головным убором. И в руках не ружья со штыками, а сабли. Их и выбили в первую очередь. Алексей громко объявил, что берет командование на себя. В армии так: убили батальонного командира, его замещает ротный. Убили ротного, на его место взводный становится. Потому что в бою кто-то должен отдавать команды, тогда рота, батальон, полк – управляемы, а не сброд. Иначе не избежать поражения. От полковника прискакал посыльный, передал приказ формировать шеренги для отражения атаки. Построились. Алексей прикинул численность. Неизвестно, как в других батальонах, но в его батальоне не больше роты осталось, ну, может, немногим больше. Алексей вышел вперед, вскинул штуцер:

– Батальон, слушать мою команду.

Правое плечо вперед – марш!

И сам побежал. Командир личным примером должен вести за собой, воодушевлять. Первым идти трудно, особенно подняться из окопа, когда палят пушки и неприятелем ведется активная ружейная стрельба. Кажется, что все пули в тебя летят. Страшно: у человека жизнь одна и дубля не будет. Но страх надо преодолеть. Сейчас французы не стреляют, ливень. Но и на штыки бежать ничем не лучше, от них раны иной раз страшнее пулевых.