Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года

В результате французам достались 156 пушек, 74 974 ружья и 7000 штуцеров, порох, ядра, свинец для пуль. Из храмов Москвы на трех сотнях подвод вывезли драгоценную утварь и иконы в Троице-Сергиеву Лавру, в Ярославль.

Огонь, раздуваемый поднявшимся сильным ветром, охватил центр города, Замоскворечье, Солянку. Пожар бушевал до 6 сентября, уничтожив центр города. Наполеон 4 сентября покинул Кремль (из-за густого дыма нечем было дышать), перебрался в Петровский путевой дворец. Он отдал приказ расстреливать поджигателей. Четыре сотни жителей – прислуга, горожане – были расстреляны. На улицах стало пустынно, валяется одежда, предметы мебели, убитые. По домам шастают грабители и мародеры, французские солдаты в поисках ценных трофеев. Трофеев набиралось не на солдатский ранец, а на телеги.

…Егеря раздели пленных. Те принялись молиться и взывать к русским. Видимо, решили, что сейчас их расстреляют. Русские же варвары. Но егеря их выгнали.

Пленные сначала оглядывались: не пальнут ли в спину? Отойдя на полсотни шагов, бросились бежать.

– Забирайте трофейные ружья и по коням, – приказал Алексей.

– Ты что удумал, господин подпрапорщик? Не сдаться ли неприятелю? – подозрительно процедил Селюков.

– Типун тебе на язык! Посмотрю, где неприятель.

– Лазутчиком, значит? Так и обскажем.

Егеря оседлали лошадей, выехали, долго оглядывались. Алексей стал примерять снятую с французов форму. От одного комплекта сюртук подошел, от другого – штаны. И кивер по размеру нашелся. Оружие оставил свое. Штуцер швейцарского производства, пистолет трофейный, тоже подозрений не вызовет. Вот по-французски не понимает ничего, так можно на итальянском лопотать, в армии Наполеона итальянцев было достаточно. Теперь больше следовало опасаться русских. Если ополченцы встретятся или недовольные крестьяне, забьют цепами или вилами заколют. А ежели казаки, так срубят голову на скаку.

Хутор покинул, зарядив оружие. Шел осторожно, головой по сторонам вертел. Благо до Москвы недалеко, к вечеру до окраин добрался. По улицам бродят полупьяные солдаты, украдкой перебегают гражданские. И непонятно – местные или грабители из окрестных сел. В тяжелые для Родины дни всегда всплывает всякая дрянь – разбойники, насильники, мародеры. Французы и сами грабят, власти и законов нет. Гуляй, рванина!

Была у Алексея мыслишка – высмотреть штабы да отстрелять офицеров. А повезет – так и маршалов Бонапарта. К самому императору не подобраться – охрана сильная, не дадут. Только определиться бы, где эти штабы?

Уже темнеть стало, надо о ночлеге позаботиться. Нашел разграбленную усадьбу. Окна выбиты, двери нараспашку, все, что можно унести, – вынесли. Но крыша над головой есть. Это неплохо, учитывая, что собираются низкие черные тучи, грозящие дождем.