Останься моей

— Скажи пожалуйста, в каком месте надо было смеяться? — Я пытаюсь оттолкнуть его от себя. Но толкать Громова все равно, что гору пытаться сдвинуть.

— Прости, не подумал, что эта шутка тебя сможет задеть. — Так просто без улыбки. Серьезно. В глаза мне смотрит.

— Не смешно. — Шепчу, чувствуя, что сдаюсь.

— Не смешно. — Эхом повторяет мои слова и к губам моим тянется.

А я ж похотливая самка человека… Мы это выяснили уже. Что мне в этот момент делать? Просто плавлюсь в его руках, как шоколадка на солнышке.

Андрей шею мою целует, платье задирает.

— Блядь! Дом позже посмотрим. — Хватает меня на руки и мы, судя по всему в спальню поднимается. Я к мужу прижимаюсь и слушаю, как под горой мышц сердце его бьется. У нашего малыша сейчас оно тоже стучит. Маленькое, крохотное…

Когда Андрей со мной на кровать падает я руку вперед выставляю и предупреждаю.

— Давай только аккуратно теперь. Здесь так-то ребенок твой живет. — На живот показываю. — Это конечно не огромный коттедж, но что уж имеем.

Андрей платье мне задирает и жадно, словно зверь голодный живот мой целует.

— Карамелька мстительная… Такая вот ты мне и запала в сердце. — Поцелуи перемещаются на грудь и я издаю протяжный стон и крепче мужа обнимаю.

Он знает, как во мне вредность выключать. Он вообще обо мне все знает и власть надо мной огромную имеет. Но кусаться надо. Хотя бы иногда напоминать о той, от которой ему башню сорвало… Сорвало же?

Понимаю, что сорвало, когда он торопливо одежду с себя скидывает. А я влюбленной курочкой мужа своего разглядываю.

— Отвернулась бы хоть что ли… — говорит мне Громов и пряжкой ремня брякает. Брюки вниз ползут. — Может я стеснительный? — Бровь выгибает и взгляд такой… Ух… От такого взгляда даже монашка бы грешить пошла.

— Боже, Громов… Тебе в стриптиз надо идти… — Поднимаюсь и прохожусь языком по его твердому прессу.

— Когда нам будет нечего есть, я обязательно учту этот вариант заработка.

Он накланяется и в сотый раз за день целует меня.

Так ведь всегда будет? Страсть током по венам несется и в голову ударяет.

Андрей и правда очень старается быть аккуратным, а вот я…

Как кошка голодная выгибаюсь и, наконец — то в себе его ощущаю.

Мы с мужем, как пазл. Вместе — единая картинка. Врозь … А врозь нам больше нельзя.

Мы целуемся. Мне его мало. Понимаю, что мой он. С потрохами… Но вновь и вновь мне хочется слышать напоминание об этом.

— Я люблю тебя. — тяну между стонами.

Громов двигается во мне зарождая все больше желания. Шею мою целует.

— Карамелька, поболтать пришла?

Я рвано хихикаю и получаю шлепок по заднице.

— А ну ка не смеемся… Я так-то стараюсь…

Я ухмылку его целую.

Он меня сильными руками к себе прижимает и на безумный темп переходит.