Останься моей

— Ага, а впереди меня будет лететь твоя мелкая задница.

Слова припечатывают меня. Оборачиваюсь и делаю самый строгий взгляд. На меня насмешливо уставились черные глаза. Ну ок! Вызов брошен.

И, наверное я дура! Потому что я его принимаю. Нет, я не боюсь трусихой показаться, я пытаюсь зацепиться за ту ниточку, которую мне Кирилл протянул. Я чувствую, что он не обманул. Ему нужна моя помощь. Блин. Так хочется Андрея разбудить, что бы он с нами пошел. Наверное это бы было правильно, но…

Я решаю действовать самостоятельно. Быстро прохожу в комнату. Натягиваю спортивный костюм и кросы, беру рюкзак.

Спускаюсь на первый этаж, захожу к бабушке и стаскиваю с ее иконостаса три иконы, убираю их в рюкзак. Не знаю зачем. Так спокойнее.

Закрываюсь в ванной на первом этаже и вылезаю в окно. И на фига я, мать троих детей (я же уже могу так себя называть?) ввязываюсь в эту провокационную фигню.

— У нас сорок минут. — цежу сквозь зубы и быстрым шагом прохожу мимо Кирилла.

Кладбище находится недалеко. Большая его часть подсвечивается фонарями. Думаю, что мы управимся быстро, потому что нужная могила находится под фонарями.

Но… Подойдя к кладбищу я понимаю, что этот мелкий ведет меня в другую часть… Не на могилу своей мамы.

— Нам не сюда, Кир… — пытаюсь поправить парня.

— Нет, Блонди… Нам сюда. — коварно улыбается, снимает рюкзак и книгу какую-то достает.

— Что ты делать собрался? — удивленно наблюдаю за действиями мальчика.

— Вызвать кое-кого хочу. Три раза пробовал, улизнуть и самостоятельно ритуал провести, но то отец ловил, то ты…

Так он не сбежать тогда хотел…

— Так, придурошный ребенок. Немедленно собирай все! Мы идем домой! Никаких ритуалов!

— Сначала ты вызовешь свою мавку, у меня к ней дело.

 — Кирилл воду из рюкзака достает.

— Кирилл… Мы не будем никаких дел делать… Нам пора домой!

Вдруг раздается хруст веток. Мы дружно вздрагиваем. Я инстинктивно хватаюсь за живот. Вот же безмозглая дура! Поверила этому гавнюку и подвергла всех риску.

Хватаю Кирилла за руку. У него выпадает книга. Мы бежим с кладбища, в моем рюкзаке грохочут деревянные иконы, в груди тарабанит сердце. Мы наступаем на огромные лужи пачкаем свои вещи.

Белые кроссовки уже непонятного цвета. Кирилл падает в лужу, я его поднимаю… Минуты превращаются в бесконечность.

Останавливаемся мы только в поселке.

— Ты! Маленький придурок! — вырывается из меня, когда мы забегаем на асфальтированную улицу, усыпанную яркими фонарями. — Я тебе помочь хотела… Ты мало того, что обманул меня, так чуть… — мой голос срывается.

— Зачем ты побежала? — спокойно спрашивает Кир. — Это все твой страх. Там возможно никого не было…

Меня возмущением долбит.