Пепел на обелиске

Услышав угрозу в свой адрес, пилот выбрался из кресла и обижено покосившись на рыжего, громко сказал:

— Господин капитан первого ранга, я может и не самый боевой пилот, но и не стукач. Как решите, так и будет.

— Что, и даже за то что с твоего законного места выбросил не обидишься? — не поверил Василий.

— Сначала, разозлился. А когда увидел, что ты вытворяешь, понял, мне так его никогда не вести, — нехотя признался пилот. — Откуда коды доступа к форсированию двигателей знаешь?

— Так тут везде стандартные движки стоят, а аварийные коды у них почти одинаковые, — пожал плечами Василий.

— Как это? — не понял пилот.

— Вот так. В кодах управления всех двигателей, специально прошиты команды для вывода двигателя в форсированный режим, для аварийного увода корабля из зоны возможного бедствия. Но после этого, движок сразу на выброс. Запускать его после такого режима, самоубийство. В разнос пойдет.

Внимательно выслушав пояснения опытного вояки, пилот уважительно кивнул головой, и медленно оглядев рубку катера, ответил:

— Все равно, спасибо. Если б не ты, накрыли бы нас там.

— Не за что, — усмехнулся Василий.

 — И учи ТТХ своей техники. Пригодится, — добавил он, выбираясь из ложемента.

Но все опасения Василия оказались напрасными. Едва только Егоров заикнулся Ефимову о потере адмиральского катера, как контр-адмирал завернул такую тираду, что на столе чашка с кофе треснула.

— Какого хрена ты мне про это железо рассказываешь, если парень вас всех из такой задницы вытащил?! — ревел Ефимов раненным медведем. — Забудь на хрен про катер и начинай крейсером командовать. А этого балабола бегом в трюм. На посыльный катер. И чтоб через три часа духу его тут не было.

Стоявший тут же Василий, сообразив, что беду пронесло мимо, лихо откозырял и кинулся выполнять приказ. Действительно бегом. Чувствуя свою вину, он даже не рискнул попроситься в истребительную эскадрилью, чтобы принять участие в бою. Добравшись до катера, он аккуратно убрал полученную награду в баул с вещами и, перебравшись в рубку управления, занялся проверкой систем управления.

Еще через два часа, убедившись, что катер полностью готов к перелету, пилот связался с рубкой управления и, доложив о готовности к вылету, принялся ждать, когда командование решит, что катер можно выпускать в объем.

Спустя двадцать минут, Егоров связался с Василием и чуть улыбаясь, спросил:

— Ну что, рыжий, заждался?

— Я ваше благородие военный пилот. И если должен ждать, значит, буду ждать, сколько нужно, — ответил Василий заметно, обидевшись.

— Не злись. Еще десять минут, и твой вылет. Здесь не задерживайся, чтобы за тобой штурмовики не погнались. Сразу уходи к точке перехода. Коды опознания у тебя есть. На точке дежурит наш «Могучий».