Пленница Вепря

Честно сказать, я не сразу не пришел в себя от ночного марафона, когда словно по волшебству хитрый маленький чижик превратился в гибкую и яростную пантеру. Багира, блин!

Мне кажется, еще чуть-чуть, и я начну с рук есть у этой аферистки. Интересно, какие техники она применяет? Гипноз? НЛП?

Скорее всего, я совершаю глупость, решив жениться именно на ней. Но сделка, мать ее так! Канская ни за что не продаст землю, если заподозрит меня в обмане. Или продаст Фигнищеву.

Ни один из этих вариантов меня не устраивает. Лучше уж с год потерпеть Майю Белецкую, чем уступить Фигне!

«Да и Майя Белецкая не потомственная ведьма», — хмыкаю я про себя и тут же отчетливо понимаю, что больше всего на свете я хочу прижаться всем телом вот к этой самой женщине, и, проваливаясь в сон, я инстинктивно притягиваю ее к себе. Ощущаю прикосновение каждой клеточкой. Кожа к коже по всей длине нагого тела. Засыпая, я чувствую, как в душе разливается глупая и наивная безмятежность, дарящая радость и покой. И кажется, будто я возвращаюсь в детство, когда каждый день был солнечным и беспечным.

Утром я просыпаюсь в гордом одиночестве. Лишь легкий запах духов говорит мне, что Майя существует не только в моих фантазиях. Через пару минут в ванной я напряженно вглядываюсь в собственное отражение. С той стороны зеркала на меня смотрит огромный жлоб. Синяки под глазами и помятая морда словно вопят о бессонной ночи. Сейчас бы массаж не помешал. Юна и Эрна разгладили бы мне личико и размяли тело.

«Но ты же вчера отпустил их на неделю, придурок, — напоминает мне внутренний голос. — Последние мозги потерял?»

Я предпочитаю не отвечать самому себе. И быстренько захожу в душевую кабину, отделанную мрамором. Провожу ладонью по гладкой, идеально отшлифованной поверхности. И включив тропический ливень, вмонтированный в потолок, лениво вползаю под тяжелые капли. Потом, немного придя в себя, беру другую насадку и врубаю на полный напор. Тонкие жесткие струи будто иголками пронизывают мое тело, разгоняя кровь и остатки сна.

— Теперь можно и жениться, — бурчу себе под нос и, наскоро вытершись, бросаю полотенце на пол. Выхожу нагишом из ванной и застываю на месте. Моя новая жена уже умудрилась полностью одеться. Белое платье от Бальмана обошлось мне примерно в двести штук. Но оно того стоит. Приталенное, почти в пол, с золотыми пуговицами, оно больше напоминает двубортный жакет. И Майя в нем смотрится изумительно. Я окидываю ее восхищенным взглядом.

«Хороша стерва», — шепчу про себя и тут же натыкаюсь на насмешливые карие глаза, ощупывающие меня с головы до ног.

— Ну и как? — ухмыляясь бросаю я, даже не подумав прикрыться. — Нравится?

— Пойдет, — кивает она и отворачивается к зеркалу. Поправляет волосы, закрученные в тугой узел.