Путешествие оптимистки, или Все бабы дуры

Конечно, я вела себя как последняя сука, но зато как я наслаждалась!

– Кира, я вполне понимаю твое желание отыграться за все… Но поверь, я и сам осознаю… Давай посидим где-нибудь, где можно поговорить. У меня тут неподалеку машина, поедем к морю, а то здесь такая толкотня. Ты не возражаешь?

– Нет. К морю так к морю.

Он взял меня под руку, и мы молча направились к машине, которую он оставил на другой улице. Усадив меня, он сел за руль, и мы тронулись.

– Как тебе Тель-Авив? – спросил он.

– Мне очень нравится!

– Но не сравнить с Иерусалимом!

– Это совсем другое! А вы здесь уже недурно ориентируетесь.

– Я сорок лет за рулем и мгновенно ориентируюсь в любом городе, особенно при наличии карты. И потом, я здесь уже второй месяц. А ты надолго приехала?

– Значит, теперь вы уже не так засекречены, как раньше? – решила я перевести разговор.

– Да нет, сейчас уже все нормально, я за последние шесть лет полмира объездил. Я ведь теперь еще и проректор.

– Выходит, пользуетесь служебным положением?

– В некотором роде, – хмыкнул он. – А ты замечательно выглядишь, я просто глазам своим не поверил, когда увидел тебя. Надо же, где довелось встретиться – в Иерусалиме. Тебе не кажется, что это неспроста?

– Вы усматриваете здесь какое-то предопределение свыше?

– Чепуха, – отрезала я, хотя сама была в этом твердо уверена. Но не могла же я так быстро с ним согласиться!

– Не скажи. Одновременно оказаться в Израиле, попасть на одну экскурсию – согласись, в этом что-то есть!

– Обычное совпадение.

– А странно, за все эти двадцать лет мы столкнулись только один раз, помнишь, на Старый Новый год, в Доме литераторов?

– Еще бы не помнить!

– А ты меня даже не узнала!

– Просто никак не ожидала тебя там встретить. – Я и сама не заметила, как перешла на «ты». – Я так хотела тебя видеть каждый час, каждую минуту своей жизни, что твое лицо сплылось в памяти.

– Как сейчас помню, ты в синем платье танцевала с очень красивым мужчиной.

– Это был муж подруги. Но зато, едва я тебя узнала, ты предпочел смыться.

– Но я ведь был с женой!

– Тогда зачем ты так сверлил меня взглядом? Именно этот взгляд и привлек мое внимание.

– Мне было обидно, что ты меня не замечаешь, не узнаешь.

– Ах, тебе было обидно! – задохнулась я. Тише, Кира, тише, а то сейчас тебя понесет. Я замолчала, хотя больше всего мне хотелось вцепиться ему в остатки волос.

Я так живо помнила этот момент – ни о чем не подозревая, я танцевала с Андреем, ныне уже покойным мужем Алевтины и моим добрым другом. Какой-то мужчина, топтавшийся с сушеной воблой в бордовом платье, поздоровался со мною кивком головы. Я ответила ему, мало ли кто может со мной поздороваться.