Чехов. Книга 12. Танец со смертью

Но он заявил, что Василий ушел по вызову.

— Вот оно что, — я неодобрительно поджал губы. — И что было потом?

— Внезапно Василий появился из стены и бросился вверх по лестнице, крича, что ему надобно огня.

— Странное это все, — заметил я.

— Не то слово! Я, грешным делом, подумала, что этот дед решил спалить дом. Ну ведь не холодно ему было, это мне понятно. Ну не успела я опомниться, как Козырев пробежал мимо, бормоча, что без него никто не справится и исчез в зеркале. А потом он вернулся.

— И что сказал?

— Потребовал закурить и выпить. Я ему напомнила, что он призрак. К тому же в нашем доме не приняты вредные привычки. Если уж мне нельзя дымить и пить горькую, то ему и подавно.

— Правильно. Надо с ним серьезно поговорить, — предложил я.

— Поговори, — согласилась Яблокова, — а то совсем распоясался. Командовать мной удумал. Это не дело. И обязательно узнай, у кого он на вызовах работает.

— А он не сказал?

— Так после того, как я его начала ругать, Козырев вновь в зеркало вошел и больше не вернулся.

— Все узнаю и распоряжусь, чтобы вел себя прилично.

— Не надо прилично, — возмутилась Людмила Федоровна. — А то я от скуки помру. Опять, между прочим помру. Просто узнай, что это было. Мне страсть как интересно.

Людмила Федоровна подавила зевок и направилась к себе.

— Спокойных снов, — пожелал ей я.

— И тебе доброй ночи, Паша.

***

Проснулся я не от звонка будильника, а от стука в дверь. И голоса Людмилы Федоровны из коридора:

— Павел Филиппович, к вам гости.

Я взглянул на часы. Девять утра. Вздохнул и произнес:

— Хорошие люди предупреждают перед тем, как заходят в гости.

— Они говорят, что звонили, — ответила Яблокова.

Я взял с прикроватного столика телефон. И мне сразу стало понятно, кто пришел в гости с утра пораньше. На экране и правда было несколько пропущенных звонков от Морозова и Зимина.

— Угостите гостей чаем. Я скоро.

За дверью послышались удаляющиеся шаги. Я же с неохотой встал с кровати, быстро привел себя в порядок, забрал со стола телефон и вышел из комнаты.

Мои подозрения по поводу гостей оправдались. В гостиной сидели Александр Морозов и Зимин. Компанию им составляла Яблокова. А на столешнице уже стоял исходящий паром чайник.

Едва я вошел в комнату, Морозов поставил на стол чашку и улыбнулся. Мне показалось, улыбка вышла несколько натянутой:

— Доброе утро, Павел Филиппович, — начал бывший кустодий. — Простите, что пришлось вас разбудить. Я уверен, что вечер у вас вышел достаточно долгим и… насыщенным. Но так уж вышло, что мы проезжали мимо вашего офиса, и решили заглянуть. Кстати, у вас всегда на столе хороший чай.

— Доброе, — ответил я. — Спасибо, Александр Васильевич. Я слышал, что вы разбираетесь в чайных сборах, так что ваша похвала очень приятна.