Судьба бастарда

Управляющий побледнел, а его взгляд метался, словно он пытался найти спасение в собственном кабинете. Запах, который внезапно наполнил комнату, явно говорил, что нервы у господина сдали окончательно.

– Нет… не надо… – хрипло пролепетал он, задыхаясь от страха.

Меня накрыло отвращение. Вот такие, как он, сидят в тепле, пока солдаты на передовой отдают свои жизни. Даже стрелять расхотелось.

Я отшвырнул его к стене. Тот упал, пытаясь подняться, но руки его тряслись, как осиновые листья.

– Слушай сюда, – произнёс я, убирая револьвер обратно в кобуру, голосом, холодным, как зимний рассвет.

 – Если к указанному сроку картечницы не будут готовы, я лично обращусь к Его Величеству. И знаешь, что попрошу? Отправить тебя на самую лютую каторгу.

Он кивнул, всё ещё не в силах произнести ни слова, только залепетал что-то, что походило на клятвы и уверения.

– Вот и славно, – сказал я, поправляя ремень. – Работайте. Время пошло.

С этими словами я покинул кабинет, оставив за спиной дрожащего управляющего. Проходя через опустевшую приёмную, я ощутил странное облегчение. Бывает, в тебе копится напряжение, словно вода за плотиной, и достаточно одного поступка, чтобы оно прорвалось наружу.

Правда, пока я спускался по ступеням, в голове крутилась одна мысль: «Может, я перегнул палку?»

Честно говоря, я не привык к такому… резкому обращению. Всё же в прошлом мире большинство проблем решались словами, бумажками, да, иногда запугиванием, но не пулей в стену. А здесь… Здесь всё иначе. Война, императорские указы, ответственность за жизнь десятков, а то и сотен и даже тысяч людей. Нет времени на долгие переговоры, на тонкости и реверансы. Сволочи, вроде этого управляющего, привыкли, что система закрывает глаза на их жадность, но времена изменились.

Однако позже случилось самое интересное. Как оказалось, этот «умник» не удержался и нажаловался на меня. И зря, очень зря он это сделал. Видимо, не знал, с кем связался. Или недооценил масштабы своего собственного грязного белья. Как мне потом сказали, его арестовали прямо на рабочем месте.

Суд был быстрым, словно молния в небе. Всё имущество управляющего конфисковали, а его самого отправили на каторгу. Как оказалось, вопросы к нему копились годами, начиная от растрат казённых средств и заканчивая махинациями с заказами.

Я только пнул снежный ком, который давно готов был скатиться.

По дороге в гостиницу я размышлял о своём срыве в кабинете управляющего. Вроде бы всё сложилось, как надо, но внутри оставался странный осадок. Да, я защитил дело, которое мне поручил сам император. Да, обеспечил свою команду необходимым вооружением. Но вот так ли нужно было действовать?

«В этом мире правят страх и сила. Если ты не проявишь твёрдости, то другие почувствуют слабину и перегрызут горло.