Судьба бастарда

 – Твой отец фактически спас мне жизнь, прикрыв меня собой. Он принял на себя все осколки, которые предназначались мне. Его смерть – великая утрата для империи и для меня лично.

Я молча кивнул. Слова императора эхом отозвались в моей душе. Это была трагедия, которая затронула каждого, кто хоть немного знал герцога. И его самоотверженность, его поступок заслуживали самого глубокого уважения.

– Почти вся его семья погибла, кроме Лизы и тебя, – продолжил император. – И теперь возник вопрос о наследниках. Ты незаконнорождённый, хоть и признанный сын герцога, а по женской линии фамилия не передается.

 – Он замолчал на мгновение, а потом, сложив руки, продолжил: – Технически можно сказать, что род угас, и именно это сейчас активно обсуждается в Высшем Совете. Слишком многим твой отец, что называется, оттоптал мозоли и надавал по рукам. Но…

Он остановился, и я увидел, как его лицо стало чуть мягче, и в его взгляде появилось нечто тёплое, почти дружеское.

– В память о своем друге, спасшем мне жизнь ценой своей, я решил даровать тебе права прямого наследника.

Ты, таким образом, становишься маркизом дель Вайсберг. – Император произнёс это с такой спокойной уверенностью, что мне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать всю серьёзность его слов.

Я ошеломлённо замолчал. Столько эмоций нахлынуло за мгновение: шок, благодарность, но и страх перед тем, что теперь мне предстоит не просто новое положение, но и большая ответственность. Я встал, выпрямился и отдал должное своему монарху.

– Ваше величество… Я не знаю, что сказать… – мой голос был полон благодарности, но я всё ещё не мог осознать всю важность произошедшего.

Император улыбнулся, его взгляд стал более мягким.

– Не нужно слов, ты доказал свою верность и отвагу. Это решение принято. Конечно, очень многим членам Совета оно не понравится. – Он немного помолчал, а потом, с едва заметной улыбкой, добавил: – Кстати, твои намерения по отношению к девушке, с которой ты провел неделю, действительно серьёзны?

Я почувствовал, как в груди что-то дрогнуло. Вопрос был неожиданным, но я не мог не ответить искренне.

– Серьёзные, ваше величество, – ответил я, глядя ему в глаза.

 – Я хочу быть с ней.

Император снова усмехнулся, его глаза блеснули.

– Она знает, кто ты? – спросил он, слегка прищурившись.

– Нет, она не знает.

Император задумался на несколько мгновений, его взгляд стал немного более строгим, но в его голосе не было ни осуждения, ни упрека.

– Если ты маркиз, сын герцога, ты можешь жениться на любой девушке, даже на простой, – сказал он, подчёркивая каждое слово. – Но она всегда останется простолюдинкой.