В объятиях убийцы

Пуговица за диван упала! От моей блузки. Там, в этой квартире, такой бардак, сразу видно, что хозяйка неряха, она если и убирала там, то диван наверняка не отодвинула.

– Ну ладно, – сказал все слышавший Владимир Петрович, – завтра с утра ты к Громовой, а потом поедем пуговицу искать, я договорюсь. Ты блузочку-то с собой захвати.

– Ладно, а отсюда-то вы меня выпустите когда-нибудь?

– Поехали, я тебя домой отвезу.

– Домой… нет, домой не надо.

Что я буду делать дома одна? Ведь Алик наверняка вернется поздно. При этой мысли у меня заныло сердце, но я отогнала от себя печальные мысли – сейчас требовалось срочно пораскинуть мозгами. А кто из моих знакомых и родственников лучше всего соображает? Опять в голове всплыло «Алик», но Алику сейчас не до меня, так что остается кто? Правильно, тетя Надя.

– Ребята, а позвонить отсюда можно?

– Только на тот свет! – Это санитар так пошутил, работают же люди в таком месте.

Тетя Надя уже была дома.

– Здравствуй, тетя Надя, ты что, на работу не ходишь?

– Ну почему, хожу с десяти до четырех, у нас в институте дольше не заставляют за такую зарплату, да еще ее все время задерживают. Что у тебя случилось?

– Да все то же, надо поговорить, можно, я к тебе сейчас приеду?

– Разумеется, приезжай прямо сейчас.

Дима довез меня с ветерком прямо до тетиного дома.

– Как ты быстро, Маринка!

– А это меня теперь милиция на машине возит, такая я стала важная персона.

– Что это, на тебе прямо лица нет! Ты где была, на допросе, что ли?

– Хуже, тетя Надя, в морге!

– Господи! – Надежда села на табуретку.

– Ой, тетя Надя, кошмар какой, он жив!

И я ей все рассказала: и про морг, и про чужое тело, и про то, что милиция мне не верит, только не сказала, как я приревновала Алика и хотела зарезать эту его Лену.

Тетя Надя заварила кофе и налила в рюмки черносливового ликера.

– Тут без этого не разберешься! Значит, ты считаешь, что он выбросил вместо себя другого человека, какого-то бедолагу, которого заранее туда притащил?

– Выходит, так, потому что я хоть и немного сдвинулась от всей этой истории, но все же не окончательно свихнулась, я точно помню. Я говорила с Максимом. А потом он забежал в другую комнату, и, когда мы с Аликом туда вбежали за ним, там у окна стоял уже не он, а тот горемыка, который вообще ничего не соображал, где дверь, где окно, он и выпал.

– Значит, Максим думал, что он зарежет тебя, а потом выбросит того из окна. Люди видели, что ты ушла с «пингвином», все будет шито-крыто. Убийства никак друг с другом не связаны, милиция копала бы и копала, тут Алик еще кстати подвернулся, могли и на него что-нибудь повесить. А он, Максим, официально вообще в отпуске, в Красном море купается, к нему вообще никаких претензий.