В объятиях убийцы

Потом мне рассказали, что он две недели не уходил из больницы, там же и спал на свободной койке. Он выходил меня лучше любой сиделки, кормил с ложечки. Ради меня он пожертвовал даже своей работой, а для него это огромная жертва.

Я хотела подробнее расспросить Алика про аварию, из-за чего он попал в больницу, но постеснялась, а он продолжал:

– Может быть, к старости отец почувствовал себя одиноким, ему захотелось кого-то близкого, он вспомнил, что у него есть сын.

– Или, – вставила я, – к старости у него стало больше свободного времени…

– Нет, что ты, какое там! «Свободное время» – это слово не из его словаря. У него на три месяца вперед каждый час расписан – лекции, занятия, заграничные командировки, в основном в Скандинавию.

– Почему именно в Скандинавию?

– Он специалист по захоронениям викингов. Он эти захоронения ищет и изучает по всей России, и не только. На Украине их тоже полно, где-то под Киевом. Где только эти викинги не шатались! И у нас здесь, в Ленинградской области, эти курганы прямо на каждом шагу. И не только могильные курганы. Он мне показывал насыпанные викингами искусственные холмы, на которых они возводили временные крепости. Особенно много таких крепостей построила княгиня Ольга. Она объезжала с дружиной свои владения и всюду по пути насыпала такие холмы с деревянными крепостями наверху и оставляла в них гарнизоны. От этих крепостей, конечно, за тысячу лет ничего не осталось, но сами холмы легко узнать: они правильной формы и на вершину ведет тропка, опоясывающая холм спиралью, чтобы сверху защитникам крепости было легко обороняться. Тебе не интересно?

– А? Да нет, что ты, очень интересно, просто я задумалась немного.

– В общем, такие крепости называют «погостами», потому что там Ольга «погостила». Потом на этих холмах стали строить церкви – очень удобно, церковь должна стоять высоко. Ну а возле церкви кладбища – на них и перешло слово «погост». Вот поэтому кладбища на Руси и стали называть погостами.

– Тебе все это отец рассказал?

– Не совсем, я и сам одно время интересовался, даже хотел на исторический поступать. А с отцом мы сейчас видимся время от времени, когда он захочет, я не навязываюсь.

– Знаешь, я бы так не смогла. Столько лет он тебя знать не хотел, зачем он тебе теперь?

Алик посмотрел на меня и грустно улыбнулся:

– Я уже научился принимать вещи такими, как есть.

– Наверное, это правильно, но все же… Ох, Алик, мне уже давно пора на работу.

– Я тебя провожу, подышу воздухом.

Во дворе у них толпился народ, в основном любопытные бабульки и молодые мамаши с малышами, расставляли свою технику телевизионщики, приехавшие на ярком, в надписях, микроавтобусе.