В Пустошах

На нее накатила волна мрачной безысходности:

— Даже не похоронили по-человечески… — она прошептала себе под нос.

— А как бы ты его доставала оттуда? — Вит сделал попытку усмехнуться, но вышло плохо.

Тая качала головой, словно болванчик, пытаясь справиться с охватившими ее эмоциями. Тело Вита исчезло уже наполовину. Девушка с трудом подняла на него взгляд:

— Почему ты назвался Вит [*]?

— Почему, нет? — юноша пожал плечами.

Дар Ветер смотрел на них, скорбно сведя брови:

— Вам пора прощаться. Альба, отпусти мальчика… — он повернулся к волчонку, и тот поднял на охотника умные глазенки.

— Прощай, Вит, — Тая выдохнула и заплакала. И бросилась обнимать то, что осталось от ее спутника.

Руки девушки схватили пустоту. Юноши рядом больше не было.

— Прощай, Тая… — прошептал ночной ветерок и улетел за край горизонта.

А Тая разрыдалась. В голос, громко. Она стояла на коленях, согнувшись пополам, обняв себя за плечи. Тело ее сотрясали рыдания, и она никак не могла остановиться.

Почувствовала на плечах сильные руки: Дар Ветер обнял ее и прижал к себе. Молча, давая ей возможность выплакать горе.

Так они и сидели, обнявшись, почти до самой зари: раненый охотник, который больше не был оборотнем, и заплаканная беременная девушка, которая им так и не стала.

Таины рыдания стихли, и она забылась в руках Дар Ветра тревожным сном. Когда она открыла глаза, край солнца показался над горизонтом.

Заря была великолепна.

Капелька расплавленного золота просочилась из-за дальнего края небосвода, из того места, где земля касалась неба. Во все стороны потянулись нежные прозрачные лучи, тонкие и невесомые, словно вуалью, укрывшие пробуждающуюся равнину. Здесь и там на влажной от утренней росы траве вспыхивали бриллиантовые капли, сверкавшие лучше самых отборных адамантов…

— Какая красота… — Тая проговорила с придыханием. — Жаль, что Вит этого не видит, — добавила и уткнулась лицом Дар Ветру в грудь.

Ему нечего было ответить на это. Тот самый случай, когда действительно было жаль. А Тая отстранилась и проговорила со спокойной уверенностью:

— Когда родится ребенок, я назову его Вит.

Охотник чуть усмехнулся:

— А если родится девочка?

На миг Тая задумалась:

— Тогда назову ее Вита.

— Чудесное имя для твоей, прости, нашей дочери. [**]

— Только родится мальчик. Я это чувствую. Знаю.

— Значит, мы еще встретимся с Витом, — охотник ласково улыбнулся, провел рукой по щеке девушки. Той самой, со шрамом.

В этот момент между ними влез волчонок. Против своего обыкновения он не вилял хвостом, просто ластился к Тае, тычась черным носом в ее шею, будто бы просил прощения. Девушка погладила звереныша по голове:

— Что же ты наделал, Альба? Держал в плену человеческую душу, позволил мне привязаться к нему.