Всё, что нужно для счастья

Тёть Вась, а чего это теперь не мой дом? — девочка хватает меня за руку и удивлённо хлопает пушистыми ресницами. - Там же моя кровать! И диван мамин… Там теперь другая девочка будет жить, да?

-Не исключено, — соглашаюсь, неохотно минуя ступеньки, и не удержавшись, оборачиваюсь на бывшего супруга. Коробки тащит. Точнее, несёт, словно в них не Веркино барахло, а гусиный пух — лёгкий, невесомый, отпусти и разлетится по этому подъезду и осядет на грязный камень.

- Мне это не нравится. Я сама там жить хочу! Вот мама приедет, и куда спать пойдёт?

- Ко мне? Ты же её у меня ждёшь, — произношу беспечно, а у самой кошки на душе скребут.

Ведь так и хочется закричать:« Я не знаю, Сонь! Может, она, вообще, не вернётся!» — А кроватку тебе ещё лучше купят...

- А хоть бы и папа, — вот сейчас наведём справки и поедем в частную клинику. Сдадим чёртов тест и, наконец, ощутим твёрдую почву под ногами. Надоела мне эта неопределённость, до тошноты надоела. - Какая дверь?

Отлично. Главное, чтобы соседи были дома. Суббота всё-таки! Не удивительно, если половина жильцов умотала на дачи: грядки окучивать, шашлыки жарить и бродить по участку в выгоревших на солнце купальниках, нацепив на головы панамы, перешедшие в их пользование по наследству от бабушек.

Дожидаюсь, когда Некрасов остановится у нас за спиной, и игнорируя его скептический комментарий, о том, что ничего из этого не выйдет, несмело жму на кнопку звонка. На этот раз отводя руку через пару секунд после того, как раздаётся оглушительная трель. Возится за дверью кто-то, я слышу... Назад отступаю, едва не снеся Веркино добро, до сих пор удерживаемое Максимом, и стараюсь приветливо улыбнуться миловидной женщине.

- Сонечка! — а она на меня и не смотрит.

Мою племянницу в объятьях сжимает. - Господи! Ты как тут... Вы Василиса?

Да. ДА! ДА! Ещё миллион раз повторю, ведь это же о многом говорит, правда? Разве не близкий Вере человек мог знать о моём существовании? Нахожу глазами ошалевшего супруга и в порыве охвативших меня чувств, хватаю его за руку.

- Проходите! У меня немного не прибрано. Я с ночи, а дети ещё те уборщики. Вы чаю хотите? Я оладушек напекла. Людочка! К тебе гости!

Незнакомка суетливо убирает обувь с коврика, освобождая нам проход в тесную прихожую, а Соня уже вовсю избавляется от одежды.

Словно чувствует себя здесь, как дома.

- Да не стесняйтесь. Коробки пока в угол поставьте!

Максим послушно составляет два рыжих короба на пол и стягивает с ног кроссовки. Одна я медлю — рассматриваю снимки, хаотично разбросанные по стене, обклеенной простенькими бледно-жёлтыми обоями. В целом уютно. В одной из комнат разносится детский смех, в кухне свистит закипевший чайник, а в ванной еле различимо журчит вода — обычный выходной день в доме большой и дружной семьи.

- У меня сын, ему пятнадцать.