Вторая дорога
Узнаешь?
– А не врешь, сержант? Ты-то откуда знаешь? Может, и убийцу назовешь?
– Фамилию – нет, а кличку – попробую. Почка, есть такой?
– Кто сказал? – В голосе Вида удивление смешалось с уважением. – Впрочем, извини, сгоряча вопрос задал. А по делу – попробую узнать про квартиранта. Ты сейчас с ребятами продолжи патрулирование, а я один прогуляюсь. Вечером увидимся.
Но вечером Вида в полиции не появлялся. Ажан выслушал разнос от Маршанда по поводу неумения руководить, сам перенервничал, ночью не смог заснуть, и только на утреннем разводе вновь увидел Вида, свежего и явно хорошо выспавшегося.
Головомойку от обоих начальников капрал перенес стоически, как святые переносили пытки язычников. Мол, живот у бедняги прихватило, осознал, кается, больше никогда, а морда как у объевшегося кота – сытая и довольная.
Уже на маршруте, отстав от подчиненных, Вида тихо сказал, что все удалось. Ту комнату на втором этаже снимает некий господин, имени которого никто не знает, но снимает он ее уже полгода. В комнате не живет, приходит днем, уходит вечером. И не каждый день, но часто.
Отлично! Дальше все просто – проследить, от кого приходит и куда уходит, и дело в шляпе. Если бы. Следить кто будет? Ажан и Вида? Смешно. Здесь с наружным наблюдением просто – тебе надо, ты и следи, и плевать, что тебя как полицейского всякая собака знает, а вести объект в одиночку – это просто праздник какой-то.
Вот и получается, вроде известно много, а на выходе, извините, пшик. С господином сделать нельзя ничего. А что можно? Можно поймать Почку, который может знать что-то еще о господине – как-то же он с ним познакомился, через кого-то общался. Не исключено, что у них и экстренная связь отработана.
Господин после этого на дно заляжет? Возможно, но вряд ли – если он работает на тот веселый дом, то бизнес не терпит сбоев, новые «работницы» должны поступать постоянно. Следовательно, максимум – сменит базу. Да, придется его поискать, так ведь на то и полиция, чтобы искать. А душегуб Почка на свободе ходить не должен.
Вечером хозяин «Плахи», как сокращенно называли таверну завсегдатаи, направлялся в центр – туда, где располагались лучшие бордели города.

















