Вторая дорога

– Я правильно понимаю, что наше хозяйство достигло потолка? Больше прибыли, чем в этом году нам уже не собрать?

– Увы, отец, – порадовавшись, что беседа перешла в деловое русло, ответил Гастон, – без серьезных вложений развиваться не получится, а где их взять? Вести дела с реформистами вы сами запретили, а остальные находятся примерно в таком же положении – свободных денег в достаточном количестве занять просто не у кого. С другой стороны, в этом году доход был прекрасный, так что, если дальше будет не хуже, большего и желать нельзя.

– А вот твой брат считает, что если хозяйство не развивается, оно умирает.

Сын удивленно посмотрел на отца – тема покончившего жизнь самоубийством Жана не поднималась в их семье больше двух лет. Почему вдруг… Стоп!!! «Считает»! Отец сказал «считает», он что…

Мысли столь ярко отразились на удивленном лице Гастона, что барон ответил, не дожидаясь вопроса:

– Да, Жан жив. Передал тебе привет и заверения, что никогда не будет претендовать на наследство – именно с этого он просил начать нашу беседу.

Дальнейший разговор больше походил на инструктаж. Юному барону было сказано, что, по сведениям старшего брата, из-за расплодившихся разбойничьих банд в далеком Амьене у купцов застыли без движения серьезные капиталы, которые они, без сомнения, будут рады вложить в развитие стабильного и надежного хозяйства.

Оказывается, отец уже обменялся письмами с главой купеческой гильдии шевалье де Ренардом, и теперь надо ехать на север, договариваться и подписывать соглашения, а он уже староват для таких путешествий. Тем более зимой, которая в Амьене сильно отличается от здешней. Так что садись, сынок, на коня и займись делом, хватит добрых горожан рапирой дырявить.

– В Амьене остановишься в таверне «Прекрасная Марта», там тебя найдет Жан. Но не дай бог хотя бы намекнуть кому, что он жив – всю семью втравишь в такую беду, из которой мы можем и не выбраться. Подробности, какие сочтет нужным, тебе брат расскажет. И еще одно, у этого де Ренарда дочь на выданье… он, конечно, дворянин тот еще, в смысле купивший титул, но ты к ней присмотрись. Сдается мне, времена, когда магия решала все проблемы, уходят. Так что если чего – я возражать не буду.

Воспоминания Гастона были прерваны вежливым стуком в дверь.

Вошедший мужчина с сединой в коротких волосах… аккуратные усы, ухоженная бородка, едва прикрывающая уродливый шрам на щеке… Демон! Это же…

– Здравствуй, брат. Или мне к вам ваша милость обращаться?

– Господи! – Гастон сел на кровать и провел рукой по лицу, словно пытаясь сбросить наваждение. – Я ждал, конечно, но отец не предупредил о… Боже, где тебя так?

Братья проговорили долго. Жан, разумеется, рассказал не все – только то, что и так знал отец.