Вторая дорога

Примерно в девять часов вечера, когда вы должны были возвращаться в замок, Люк пришел за кинжалом и им же убил предателя. Таким образом, первая часть операции, казалось, была завершена – ваше обвинение в убийстве подготовлено.

Затем Крис взял с комода бокал и выпил вина из стоявшей на столе бутылки, но не учел патологической страсти каптенармуса к чистоте. Прокол на самом деле небольшой, который вряд ли мог привести к провалу операции. Пил медленно, смакуя – иначе я не могу объяснить, откуда взялись капли вина на подоконнике. Оцените его выдержку, господа!

А наутро ему осталось только заманить графа на квартиру Колетт и убить обоих, представив дело так, что якобы граф убил племянницу вслед за дядей, а случайный прохожий убил его, пытаясь задержать.

Как вам мои объяснения?

– А если бы меня арестовали до того, как Крис передал мне записку, или я отказался бы идти с ним? – спросил граф.

– Думаю, что в его плане было учтено все, в том числе и время, необходимое для обнаружения каптенармуса, осмотра места преступления и уже после этого для ареста. Не забывайте, что это я опознал кинжал, а ни меня, ни д’Оффуа там не должно было быть.

Сколько времени искали бы хозяина без нас? Да и вас он прекрасно изучил – не отказались бы вы бежать на помощь прекрасной даме. Но и этот вариант Крис предусмотрел! Помните ту записку, якобы написанную Колетт? Он был готов просто организовать ее самоубийство, после чего приговор суда был очевиден.

– Вы страшный человек, барон, – де Фонтэн подошел и внимательно посмотрел мне в глаза. – Если вы способны распутать такой заговор, то какую же интригу можете закрутить сами?

– Не беспокойтесь, господин капитан.

Любой литератор скажет вам, что не всякий критик может быть писателем. А на что я способен – жизнь покажет. Вчера все кончилось хорошо, и слава богу. Есть повод допить это прекрасное вино. Доклад закончил! Кстати, скоро и вечерняя поверка. Разрешите идти, господин полевой маршал?

– Идите, господа. А вы, де Безье, задержитесь.

Когда за де Фонтэном и курсантами закрылась дверь, де Ри подошел ко мне и пожал руку.

– Спасибо, Боря. Вчера ты меня спас – убийства офицера Академии самым родовитым курсантом мне бы не простили.

– Всегда пожалуйста.

Кстати, записка Колетт выглядит очень убедительно, такое на коленке не состряпаешь. И еще, к хозяину «Трезвого сержанта» надо присмотреться повнимательней – он явно работал на Криса. А учитывая, что именно у него любят гулять курсанты, все становится совсем интересно.

– Я тоже так думаю, сообщу кому надо, но по большому счету, это уже не наше дело.

– Вань, а когда будут отпевать и хоронить Криса? Я хочу присутствовать. Таких противников надо уважать.

– Ты шутишь? Какое отпевание – он же самоубийца.