Женитьба дядюшки Жиля (СИ)

С другой стороны, с чего бы – он воспитывался вместе с принцами, и даже дружил с его величеством Карлом Девятым – правда, это не помешало Генриху потребовать его выдачи во время мятежа, и казнить свою супругу, сестру означенного Карла, он собирался совершенно серьёзно.

Теперь супруга, её величество Маргарита, не показывает носа из охотничьего дома Лионеля – очаровательного, к слову, носа, но это сейчас к делу не относится. И когда Лионель предложил сопроводить её в столицу – во дворец, к матери и братьям – она побледнела, замотала головой и сказала, что никуда не двинется.

Потому что если супруг её останется жив, мать отдаст её ему снова. А если изволит умереть – то мадам Екатерина тут же найдёт ей другого мужа, и кто поручится, что тот новый муж окажется лучше? Пока же её нигде нет, а на нет, как известно, и суда нет.

К слову, одной в Рокелор ей тоже страшно. Кому она там нужна – в крошечном королевстве на далёком Юге? Того и гляди, подгребут если не Арагония, то Франкия, и не будет никакого королевства. Поэтому – спасибо, кузен, вы добры необыкновенно, и я готова бесцеремонно пользоваться вашей добротой и далее.

И вообще люблю я вас, есть грех. Поэтому…

Грех даме пришлось отпустить, и вообще всячески её утешить, и заверить в ответных чувствах – что ж теперь, раз дано свыше, не просто так ведь?

Таким образом, Лионелю пришлось рассказать отцу о своих изысканиях в области приграничных родственных связей. Отец посмеялся – надо же, как бывает-то – и распорядился пустить Лионеля в подвал отдельного крыла Пале-Вьевилля. Крыло это всегда использовалось как склад оружия, доспехов, боеприпасов, боевых артефактов, и ещё там размещали дополнительные отряды, если в таковых возникала нужда.

А темницу в подвале устроили ещё пару поколений Вьевиллей назад – при прадеде, тот отменно воевал, врагов у него хватало, и некоторых он предпочитал содержать поближе к себе, не доверяя королевским тюрьмам.

Впрочем, его величество Генрих Рокелор получил в своё распоряжение три подвальных комнаты – спальню, ванную и какой-то аналог гостиной, и кажется, его даже гулять могли выводить – если бы он был способен держаться на ногах достаточно долго. Но увы, лекари пока разводили руками, а маги-целители были в его случае бессильны – его величество имел иммунитет к магии.

Лионель поговорил с лекарем, прежде чем спускаться в подвал – что там вообще и как. Лекарь всю жизнь служил при отцовском штабе разом с магом-целителем, ран и травм видел предостаточно, и именно что разводил руками – в целом-то ничего особенного. Две раны (точно, подумал Лионель, одна от Жанно, вторая – от его шустрой Лики), и ожоги, от которых его величество испытывает сильную боль.

Это последнее было любопытно. С одной стороны, помянутый иммунитет.