Женитьба дядюшки Жиля (СИ)

А потом за ней туда же прыгнула Шарлотта – и Мари не успела её удержать.

Мари позвала свою матушку, и та, вместо того, чтобы позвать на помощь, тоже прыгнула в тот портал – спасать девочек. После чего портал погас – потому что не вечный.

И сейчас у них имелся клятый артефакт – и ни малейшего представления о том, где могут быть Мадлен и дети.

- Аделин сама активировала портал, так? – спрашивал бестолочь де ла Мотт у плачущей Мари.

- Да. Она взяла его и сказала, что только посмотрит. А потом – что только потрогает. А потом – что сразу вернётся…

- Рассказывай, как работает эта штука, - Жиль сел, не мог уже стоять, ещё во дворце настоялся.

– Может она перенести туда, откуда мы сейчас пришли?

- Нет, - замотал головой Орельен. – Нужно представить себе место, в которое хочешь попасть. Оказаться в незнакомом месте не выйдет.

- И какое место могла представить себе Аделин? – недоумевал Лионель.

- Детка, вы вообще где бывали? В каких местах? – спрашивал Жиль у Мари.

Но оказалось, что почти нигде. Связались с Пале-Вьевиллем – но там не появлялись ни Мадлен, ни девочки. По словам Мари, в замке Кресси они не были уже давно, вряд ли Аделин бы вспомнила о нём.

Значит, оставалось одно-единственное место – тот дом, где Аделин прожила все восемь лет своей жизни. Дом Кресси на улице Сент-Этьен. Его-то девочка явно знала хорошо и могла представить в мельчайших деталях.

Мадлен совершенно не подумала о том, как она выглядит – накрашенное лицо, распущенные волосы, чепца нет и в помине. Она совсем не подумала ещё и о том, что, по-хорошему, нужно было звать на помощь – и принца, и его преосвященство Лионеля, и де ла Мотта, и Жакетта тоже могла бы помочь.

Нет, она не подумала. Не вспомнила. Не сообразила. Девочки пропали, их нужно вернуть.

Да и вообще – нет у неё привычки просить о помощи. Наверное, зря. Ладно, если бы речь шла только о ней, но…

Портал привёл Мадлен в просторный зал. Большой зал, в середине которого стоял стол, а по стенам – лавки. Самое светлое и обширное помещение в доме Кресси на улице Сент-Этьен, будь прокляты все Кресси разом, и живые, и покойные.

Потому что Аделин видно не было, зато перепуганную Шарлотту держал на вытянутых руках неизвестный Мадлен человек – невысокий, сухощавый, одетый, как горожанин.

Присмотришься – и даже каких-то особых примет не назовёшь, потому что их нет. И – не маг, хоть то хорошо.

А рядом таращили глаза все трое братцев Кресси, прямо по старшинству – Жан-Люк, Оноре, Гектор.

- Здравствуй, Мадлен, - первым опомнился Жан-Люк, он у них соображает быстрее всех. – Как удачно все вы сегодня к нам заглянули!

- Не скажу, что рада вас видеть, потому что это неправда. Вели своему человеку отпустить Шарлотту, найди Аделин, и мы уйдём.