Женитьба дядюшки Жиля (СИ)

И наверное, сделал бы что-нибудь ещё, но Жанно с нехорошей усмешкой взял его за руку и вывернул так, что у того глаза на лоб полезли.

- Что это за животное, Мадлен? Неужели твой муж?

Она могла только кивнуть. Ангерран, правда, попытался что-то сказать о том, что Мадлен ведёт себя неподобающим образом, но Жанно только усмехнулся. Я, мол, её брат, сын и наследник графа Саважа, а ты кто?

Подтянулись братья Ангеррана, но Жанно отсёк их пляшущим по мраморному полу огненным полукругом. С другой стороны подлетел высокий худой парень, сероглазый блондин, он радостно потирал руки и спрашивал – что, господин Жанно, наконец-то будем драться? А то я уже соскучился! А другие друзья Жанно – все эти невозможно важные Вьевилли и Роганы – тоже подошли и смотрели на всё происходящее с усмешечками.

Мадлен уже потом узнала, что его преосвященство Лионель служил с Жанно и на суше, и на море, а остальные уже по их возвращению успели пару раз побить еретиков с ним за компанию – и знали, на что он способен, а братья де Кресси – не знали.

Жанно тогда её спросил прямо в лоб – Мадлен, может ты уже станешь вдовой, и мы найдём тебе кого получше? Мадлен просто испугалась – как так, это же отец её детей.

Так и сказала. Да и не особо она понимала, как это – когда получше. Просто попросила отпустить Ангеррана, и Жанно отпустил, но велел обещать, что тот будет относиться к ней, Мадлен, как подобает относиться к супруге, которая мало того, что сама по себе из достойной семьи, так ещё и мать его детей. И Ангерран послушался – хоть Жанно и был ниже его на голову и младше почти на два десятка лет. Но – способ Жанно объяснять, что и как в этой жизни, внушил ему уважение. К тому же, за спиной Жанно маячили фигуры Роганов и Вьевиллей, и бог знает, кого ещё.

С тех пор жизнь Мадлен стала намного проще, потому что братья де Кресси Жанно боялись. О нет, иногда они, всё же, зарывались, особенно Ангерран или Жан-Люк. Но Жанно им так и сказал – я же всё равно узнаю и приду. И мы посмотрим, кто прав.

А теперь Мадлен вдруг поняла, что могло быть иначе. Если бы родители не поторопились – а вдруг нашёлся бы другой жених? Не как Жанно или отец, таких не бывает, но – и не как Ангерран де Кресси?

Но тогда у неё были бы другие дети.

А девочки получились просто замечательные.

Аделин напоминала Жанно в детстве. Была бы мальчиком – вышла бы точной копией. Мадлен даже казалось, что у старшей дочки с годами светлеют глаза, и из обычных вишнёво-карих становятся жёлтыми, кошачьими – как у Саважей-мужчин.

Мари была похожа на саму Мадлен в таком возрасте. Сдержанная, рассудительная и уже умеющая управляться с иголкой.

А непосредственная Шарлотта смеялась так же заразительно, как сестричка Мари.