Академия проклятий. Книги 1 - 7 (СИ)

 — Я в жизни никогда и никого не принуждал, и мой поступок был скорее жестом отчаяния, но… при любом раскладе заставить тебя я бы не смог.

В двери постучали снова. Осторожно, но настойчиво. Магистр вздрогнул, поднялся и вышел из комнаты, плотно прикрыв за собой створки.

Оставшись наедине с собственными мыслями, я встала, подошла к стеклянной стене. Постояв некоторое время, опустилась на теплый ковер, обняла колени и долго смотрела на столицу. Дворец, медленно успокаивающийся, меня интересовал мало, а вот суета столичного города притягивала взор.

Дверь открылась, тихие шаги, и вскоре Риан опустился на ковер рядом со мной, совсем близко, но при этом не прикасаясь.

Я потянулась к нему сама, обняла и уместила голову на его плече… За стеклом жил и шумел город, а я сидела, улыбалась и чувствовала, как его теплые руки, скользнув по моей талии, бережно обняли…

— Последний вопрос. — Я сонно зевнула и подумала, что действительно пора спать. — Вы… всегда так целуетесь, что следы остаются?

Тихий стон, и едва слышно:

— Это было в первый и последний раз, Дэя.

Я посмотрела на него, увидела уверенный твердый взгляд, плотно сомкнутые губы, напряженное выражение лица и… но нет, целовать его повторно сама не буду.

Тяжелый вздох… затем он задержал дыхание, словно принимал какое-то решение, и я услышала:

— Что? — не поняла я.

— Насчет поцелуев, — с намеком произнес Риан.

Я отстранилась, решительно поднялась, поправила рубашку и уверенно сказала:

Так как лорд-директор после моих слов продолжал сидеть не двигаясь, я добавила:

— Завтра вставать рано, лекции сложные. Опять же, нужно выкроить время на партнера, иначе грозит мне очередное чтение морали по правильной финансовой политике и…

Движение, и лорд Тьер оказался стоящим на коленях.

В следующее мгновение он притянул меня к себе и рванул ворот на рубашке… Пуговицы осыпались на пол, открывая взору магистра поле, уже познавшее его деятельность, вследствие чего покрытое многочисленными отметинами… Но дальше… Прикосновение губами к обнаженной коже… Легкое, нежное касание бережным поцелуем, и снова, и еще… Риан покрывал поцелуями все, до чего мог дотянуться, но эти поцелуи разительно отличались от тех, резких и болезненных, и если в первые мгновения я пыталась вырваться, безуспешно упираясь в его плечи, то потом… Это было просто приятно, очень-очень, правда, и очень стыдно тоже.

— Я больше никогда не сделаю тебе больно, — он сжал меня, прижавшись лбом к груди, — я клянусь тебе жизнью, честью, всем, что у меня есть… Я…

Глухое рычание из горла магистра, затем грустное:

— Да, тебе пора спать.

— А тебе? — спросила я, осторожно прикрывая рубашкой… все, что нужно было прикрывать рубашкой.

Взметнулось ярко-алое пламя.