Академия проклятий. Книги 1 - 7 (СИ)

И настоящим издевательством прозвучало его предложение:

— Нет, — я сложила руки на груди, откинулась на спинку стула, — мне уже более чем достаточно.

— Не хочу пить в одиночестве, — и мой бокал таки был наполнен, — к тому же тост заслуживает твоего внимания.

С любопытством смотрю на Риана, уже, к счастью, одного. Потом любопытство сменяется подозрением, потом понимаю, что для подозрений нет причины. Потом мне протягивают полный бокал, и я почему-то даже не отказалась, а потом… Риан вдруг оказывается так близко, и я слышу его сдавленный шепот:

— За то, чтобы в твоих глазах никогда не было слез… Я готов на все, чтобы ты больше не плакала, Дэя.

У меня дыхание перехватило.

И тут в двери постучали. Осушив свой бокал одним глотком, Риан поднялся и вышел. Я же, потрясенная его словами, медленно… но верно тоже все выпила, на сей раз даже не чувствуя вкуса. Кажется, Дара действительно права — за меня ему больнее в сотни раз, и я представить не могу, что он чувствовал прошлой ночью, слушая мои неутихающие рыдания…

Риан вернулся быстро, сел рядом и, с улыбкой глядя на меня, произнес:

— Время.

Молча посмотрела на магистра, продолжая вертеть в руках уже пустой бокал.

— Так, значит, крыша? — он кивнул. — Идем.

Поднявшись, он не стал протягивать мне руку. Наклонившись, он подхватил меня на руки, а потом вспыхнуло адово пламя.

Крыша особняка лорда Тьера оказалась достаточно плоской, для того чтобы здесь разместился уютный полукруглый диванчик, небольшой восьмиугольный столик и груда теплых одеял.

— Потерпи, — попросил Риан.

Затем аккуратно опустил меня на ноги и начал основательно закутывать в одно, второе, третье…

— Хватит уже, правда, — сообщила уже лишенная возможности даже пошевелиться я.

— Не замерзнешь? — встревоженный вопрос.

Выразительно посмотрела на втрое увеличивший меня кокон.

— Но если станет холодно… — начал магистр.

— Обязательно скажу, — заверила его я, раздумывая над тем, как теперь добраться до дивана.

Добираться не пришлось, меня вновь подхватили на руки, отнесли и усадили, спросив в итоге:

— Очень, — сдерживая улыбку, ответила я.

— Зачем? — Он потянулся, нежно поцеловав меня в кончик носа. — В себе уверен, я не замерзну, а тебе… — и с намеком, — лучше сейчас не болеть. Все же слишком много заклинаний противодействия на одну юную адептку.

И после этого взял со столика меховую шапку и ловко надел на меня.

— Чувствую себя снежным сугробом, — призналась в итоге я.

— В таком случае ты самый очаровательный сугроб из всех, какие я когда-либо видел, — тихо ответили мне.