Дьявол весной

Эффектная женщина сидела рядом с коренастым джентльменом, старше неё, на его лице красовались внушительные бакенбарды и примечательная бородка двух цветов, на щеках щетина имела серый оттенок и белоснежный на подбородке. Он обладал военной выправкой, такой, что казалось будто его спину привязали к оси телеги. Женщина дотронулась до руки мужчины и что-то пробормотала, но он, видимо, этого не заметил, его внимание осталось приковано к сцене, словно он смотрел какую-то невидимую пьесу.

Пандору неприятно потряс пристальный взгляд брюнетки. Никто и никогда не смотрел на неё с такой холодной ненавистью.

Она не представляла себе с чего бы кому-то так делать, кроме…

— Я думаю, что, возможно, знаю, кто это, — прошептала она.

Хелен не успела ответить, потому что пришёл Габриэль и занял пустое место рядом с Пандорой. Он повернулся, частично закрыв её плечом от смертоносного взгляда женщины.

— Это миссис Блэк и её муж, американский посол, — тихо сказал он с жёстким выражением лица. — Я понятия не имел, что они будут присутствовать.

Понимая, что вопрос личный, Хелен поспешно отвернулась и завела разговор с мужем.

— Конечно же, ты не знал, — пробормотала Пандора, заметив, как на сжатой челюсти Габриэля пульсирует крошечная жилка. Её муж, всегда такой спокойный и уверенный в себе, был на грани потери самообладания прямо посреди Королевского театра.

— Хочешь уйти? — мрачно предложил он.

— Конечно нет, я хочу посмотреть спектакль. — Пандора скорее бы умерла, прежде чем порадовала его бывшую любовницу и покинула театр. Она выглянула из-за плеча Габриэля и увидела, что миссис Блэк продолжает буравить её обиженным взглядом.

Ради бога, муж этой женщины сидел с ней рядом. Почему он не велел ей прекратить устраивать сцену на людях? Мелкая драма теперь начала привлекать внимание других зрителей, которые сидели в бельэтаже, и некоторых в ложах.

Должно быть, Габриэлю это напоминало кошмарный сон, ведь всю жизнь каждое его достижение или ошибку рассматривали под микроскопом. Он всегда старательно оберегал свою личную жизнь и сохранял непроницаемый фасад. Но, по-видимому, миссис Блэк намеревалась дать понять большей части лондонского общества и супруге Габриэля, что они были любовниками.

Пандора знала насколько он стыдится отношений с чужой женой… А теперь это выставлялось напоказ… У неё болело сердце за мужа.

— Она не может нам навредить, — мягко сказала Пандора. — Пусть пялится, пока у неё глаза не вылезут, и это ни в коей мере меня не побеспокоит.

— Это больше никогда не повторится. Я пойду к ней завтра и скажу…

— Нет, не смей. Я уверена, что миссис Блэк была бы крайне рада твоему визиту. Но я запрещаю.

Глаза Габриэля опасно сверкнули холодом.