Чужие степи — Оффлайн

Профессор умер почти сразу, Василич пока держался, Леонид дремал облокотившись на каток, а мы с дедом смастерили носилки из найденного в салоне чужого уаза куска брезента.

Ждать дальше не было смысла, поэтому уложив раненого на брезент, его подняли, и нагрузив Леонида оружием, потихоньку двинулись к своим.

Шли молча, говорить было не о чем. Да, мы победили, мы смогли отбиться. Но той победы на какую рассчитывали, — простой и красивой, не получилось, план; выглядевший со всех сторон логичным — не сработал, самолет угробили, профессор, а вместе с ним и надежда на развитие связи — погибли. Так что потихоньку переставляя ноги, молчали мы каждый о своём.

Я переживал за семью, — бандиты не продвинулись дальше первой улицы, но всё равно как-то не по себе было, Василич то стонал, то матерился, дед плевался, а Леонид что-то насвистывал, побрякивая навешанным оружием.

Вот только долго молчать не пришлось, метров через двести нас заметили и выслали буханку.

Водила, — хмурый и грязный мужик лет пятидесяти, тормознул аккурат перед нашей пешей «колонной». Не глуша мотор вышел из машины, что-то буркнул себе под нос, и открыл заднюю дверь.

Заглянув внутрь, я невольно сморщился; с одной стороны, прямо на полу, вповалку, лежали два трупа.

— Это кто? — подошёл Леонид. Тела лежали головами вперёд, и лиц не было видно.

— Размещайтесь уже... — не пошел на контакт водила. Я попытался сообразить как же его зовут, но не смог, — видеть точно видел, но лично общаться не приходилось."

"— А Леха где? — спросил Леонид, и я вспомнил что на этой буханке катался молодой парнишка, сын нашего агронома.

— Размещайтесь. — проигнорировав вопрос, повторил мужик, и добавил, — дел по горло.

Допытываться не стали, Василича уложили на лавку, рядом посадили Леонида, я захлопнул дверь, и дал отмашку водиле. Заскрипев всеми своими железками, буханка вздрогнула и раскачиваясь на кочках, медленно покатилась по полю. Мы же пошли дальше, ориентируясь на сгоревший дом, кроме стен от которого практически ничего не осталось. Крыша, окна, забор, — сгорело всё, поплавился даже профлист на коротком навесе. Чем ближе приближались, тем сильнее воняло гарью, вблизи же запах стал совсем нестерпимым.

— Мда... — скривился дед, недалеко от пожарища, прямо на земле лежали несколько обгоревших до неузнаваемости тел. Зрелище точно не для слабонервных.

Не останавливаясь, мы обошли остатки забора, и прямо перед железными воротами наткнулись на ещё одну кучу. Семь трупов, посчитал я по головам, — не горелые, но ни одного знакомого лица, значит не наши.

Наши же обнаружились немного дальше. Выложенные так же на земле, — только накрытые какими-то тряпками, они ждали своей очереди на погрузку, буханка что увезла Василича с Леонидом похоже этим и занималась.