Чужие степи — Оффлайн

Там двое, здесь человек двадцать. И это явно не все.

— Вот так сюрприз! — из зияющего чернотой дверного проёма прямо на нас выскочил Мишаня, и с ходу кинулся обниматься. — Вы же разбились вместе с кукурузником? — округлил он глаза, — как так то?

— Ну извини. — хмуро буркнул дед, — повезло...

Мишаня смутился, и отступив на два шага, напустил на лицо серьёзности.

— Это все? — отвлёк его я, кивая на уложенных в рядок мертвецов.

— Не... — вздохнул он, и машинально коснулся перевязанной головы, — тут только часть, сколько то уже увезли, многих ещё не собрали. Да и раненых до хрена...

— А сколько всего у нас? — я догадывался что потери должны быть немаленькими, но надеялся что ошибаюсь.

— Да кто ж знает то? — снова потрогав голову, сморщился Мишаня, — пока наверное и не считали... Вон, выковыривают...

В самом начале улицы, — там где мы снесли сруб с пулемётом, копошились четверо мужиков, они поднимали короткие брёвна и отбрасывали их в сторону, извлекая кого-то из под завала.

Поговорив еще пару минут с Мишаней, мы с дедом двинулись дальше, мне нужно было дойти до дома, а ему попасть в штаб. Перейдя напрямик на вторую, с неё так же дворами на третью, и уже обойдя сплошной ряд заборов, мы вышли на четвертую. Там и распрощались.

С виду всё тихо, никаких следов войны. Ворота заперты, ставни закрыты, собаки молчат, — наверное ещё издали почуяли.

Махнув прямо через забор я сразу пошел к погребу, Аня скорее всего в больничке, а дети должны быть здесь.

Сдвинув наваленную для маскировки кучу досок я открыл крышку и воспользовавшись реквизированным фонариком, посветил внутрь — дети спали. У меня прямо гора с плеч спала, теперь можно и можно выдохнуть.

Скользнув лучом по лицам я посветил на сына, тот заерзал, открыл глаза и тут же прикрылся рукой.

— Кто здесь? — хрипло, спросонок, спросил он, и медленно потянулся к лежащему тут же ружью.

— Свои, не дрейфь. — я выключил фонарь.

— Фух... — с явным облегчением выдохнул сын, — всё что ли? Можно выползать отсюда?

— Нет, придется ещё посидеть. — огорчил я его, — предосторожность лишней не бывает. — Девочки как? Не сильно успугались?

— Не очень. Уснули только вот под утро, когда стрельба прекратилась. Мы же победили? Они больше не вернутся? — сын с надеждой посмотрел на меня.

— Конечно. Кто-то сомневался? — без запинки ответил я, хотя сам совсем не был в этом уверен. Нет, сам факт налицо, — станица отбита, бармалеи побеждены, но кто может поручиться что завтра не придёт такая же банда, и не завершит начатое?

В общем, убедившись что с детьми всё в порядке, я снова прикрыл погреб досками, и не заходя в дом пошел к больничке.

Возле которой — увидел когда подошёл, всё было заставлено машинами и толпились люди.

Грязные, побитые, уставшие.