Я украду твоё сердце

− Не волнуйся. Парни отправились отдыхать под чужими личинами, так что риск минимален, − правильно истолковав мою гримасу, уверяет Корим. Окидывает меня хмурым взглядом: – Ты уверен в своём решении отправить обоих твоих телохранителей в Сэйнар? Мне было бы спокойней, если бы я знал, что ты не один. Николь под надёжной защитой своей семьи. Тогда как тебе помощь может понадобиться в любой момент.

− Сэйнары не знают всей правды, так что могут проморгать опасность, − возражаю ему.

− Но и о том, что Николь была с тобой в Эстебеле, практически никому не известно. Как и о том, что ты просил её руки и питаешь к ней чувства.

Сэйнары в сложившихся обстоятельствах не станут никому сообщать о вашей с принцессой помолвке.

Возможно, он и прав. Но я не могу рисковать. Пусть она теперь ненавидит меня, я всё равно её защищу.

− Отец знал о моих намерениях. И полагаю, догадался насчёт чувств. Я, по сути, прямо заявил ему, что выбираю её и плевать хотел на его мнение, пригрозив, что он никогда не увидит ни невестку, ни внуков.

− Ты не говорил об этом, − хмуро сдвигает брови его величество.

− Этот разговор случился у нас с ним перед самой коронацией.

Кто-то донёс ему новость о том, что я намереваюсь просить руки Николь Сэйнар.

− Так вот почему ты так рьяно прочёсывал близкое окружение твоих деда и бабушки? – понимающе кивает дядя.

− Да. Но теперь, после случившегося, я не уверен, что шпион был в их окружении. Как Мэл и Асхан? Сильно испугались?

К сожалению, повод, по которому меня арестовали, был вполне настоящим. На Корима и его жену действительно было совершено покушение. За день до моей «случайной» встречи с посланником от «борцов за вековые традиции и прежнее величие Босварии», как они сами себя называют.

И когда я связался с дядей, сообщив, что на меня вышли заговорщики и сделали недвусмысленное предложение возглавить переворот, а он рассказал об том, что произошло в Босварии, план возник сам собой.

У нас впервые за последние пару лет появилась реальная возможность выйти на главаря этой шайки фанатиков, которые начали сеять смуту, как только Корима объявили первым наследником трона. Кто бы их не возглавлял, действует этот подонок очень хитро и продуманно, используя своих последователей, как слепых пешек, тогда как сам всегда остаётся в тени.

Ни разу нам ещё не удавалось подобраться к нему достаточно близко.

− Ты серьёзно? Мэл? Испугалась? – иронично хмыкает дядя. – Может быть, вначале, за меня и сына, а потом стала злая как бестия. Во дворце уже все по стеночке ходят. К слову, она передавала тебе пламенный привет с пожеланием расправиться с этими мразями максимально жестоко.

− Постараюсь оправдать ожидания, − хмыкаю.

Усмехнувшись, Корим одобрительно кивает. Его взгляд останавливается на сумках в моих руках.