Кольцо Тьмы

Ведь, кроме них, союзников в Средиземье у тангаров не осталось!

— Как не осталось, Хадобард? — развёл руками Дори. — А эльфы? Кто даёт сейчас нам работу, кто покупает наше оружие? Разве не те, кто ещё остался в Серых Гаванях?

— Не говори мне о них, — вдруг рассвирепел Хадобард. — Вспомни, как началась заваруха с кольцами, кто в первую очередь бежать кинулся, а? Им-то хорошо, они-то знали, что им всегда уготовлен надёжный путь к отступлению — уплывай себе в запретный для других Зокраинный Запад, а остальные пусть себе выбираются как хотят! Побьют люди и гномы Чёрного Властелина — хорошо, не побьют — то хоть ослабят.

Им-то деваться будет некуда! Вспомни сражение у Дэйла! Трёхдневную битву, в которой погиб Даин Железная Стопа, первый Король-под-Горой после владычества дракона! Разве эти бессмертные пришли тогда нам на помощь?! Нет! Они пели свои песенки в неприступных крепостях и ждали момента, когда надо будет удирать! Ведь сколько их сбежало! Это ж не сосчитать! Нет, моя бы воля — я бы тем, кто Корабельщику стену строит, головы бы пооткручивал за глупость их!

Лицо гнома исказила гримаса неподдельной ярости.

— Погоди, Хадобард! — недоумённо начал было Дори, примирительно протягивая руку. — Ты ж не всё, во-первых, припоминаешь, а во-вторых…

— Во-вторых, вижу я, что мне нечего здесь с вами делать, — со злостью ответил Хадобард, вставая. — Ну, тангары, кто со мной? Кто меня понял?

Все остались сидеть, уткнувшись взглядами в кружки. Фолко было одновременно и неловко, и стыдно. Неловко оттого, что Маленький Гном тем временем мирно задремал у него на плече, которое теперь затекло и ныло, а стыдно за себя, что опять промолчал, не дал ответа этому негодяю, что ругает эльфов и клевещет на них.

Он взглянул на Торина и увидел, что у его товарища уже сжались кулаки и грозно сошлись к переносице брови. Торин положил на стол свой внушительных размеров кистень и медленно проговорил, глядя прямо в полные злобой глаза Хадобарда:

— Иди-ка ты отсюда. Иди-иди, пока мы тебя силой не вытолкали. Если своего ума недостаёт, то не стесняйся у других попросить. И поменьше болтай по тавернам. Узнаю, что ты на Дивный Народ хулу возводишь, — не носить тебе бороды, тангар. Всё! Можешь идти.

Торин поднялся, и теперь они с Хадобардом стояли друг против друга.

В опущенной правой руке Торина висел кистень, Хадобард же спокойно скрестил руки на груди; не взявшись за оружие.

— Постойте, постойте! — вскочил Дори и с ним ещё несколько гномов. — Вы что?! Не хватало нам ещё из-за эльфов биться! Торин! Хадобард! Прекратите!

Хадобард спокойно усмехнулся и пошел к дверям.

— Ладно, Торин, — обернулся он с порога. — Мы с тобой ещё обсудим это. И, быть может, я смогу тебя убедить. Прощай пока!

Он скрылся, хлопнула наружная дверь.