Кольцо Тьмы

Маленький Гном сделал шаг вперёд, и тут же, словно праща, его правая рука неожиданно метнулась вперёд с быстротой бросающейся на добычу змеи, голубая молния меча вспыхнула в стремительном ударе и тут же снова вернулась назад, туда, где описывал круги, прикрывая тело Малыша, его длинный кинжал, казалось, живший своей собственной, ни от кого не зависящей жизнью… Фолко, остолбенев, глядел на это небывалое зрелище, как и ещё десяток невесть откуда взявшихся зрителей. Торин лишь довольно крякнул.

— Ну как? — нетерпеливо спросил остановившийся Малыш.

Собравшиеся наградили его громкими одобрительными возгласами.

Маленький Гном тут же повернулся к ним и церемонно поблагодарил всех, низко кланяясь и прижимая обе руки к груди.

— Здорово! — восхитился Фолко. — Где ты так научился, Малыш?

— Понимаешь, Фолко, в детстве я был много слабее своих сверстников, да к тому же — видишь? — попал под обвал, пальцы отдавило… Топор как следует держать с тех пор так и не могу, поэтому принялся упражняться с мечами. Наши-то это дело не слишком уважают, — считают подобное, — он сделал несколько коротких выпадов, — делом слабых людей.

В хирд меня не взяли, вот я сам до всего этого и дошёл. Торин с топором против моего топора, конечно, всё равно, что таран против тростинки.

— Ну-ну, не скромничай, — вставил Торин.

— А вот на мечах я с любым, пожалуй, поспорю!

— Так, может, ты поучишь нашего юного хоббита? — На плечо Фолко легла ладонь Торина. — А то он у нас любит мечом в таверне помахать.

— Торин! — взмолился Фолко.

— А что! Возьмусь, пожалуй! — прищурившись и внимательно глядя на хоббита, решительно заявил Малыш. — С виду ты, Фолко, вроде ловкий, тонкий, подвижный.

Попробуем из тебя бойца сделать.

Так началась их жизнь в Аннуминасе. Фолко не мог пока жаловаться на судьбу. Никто больше не будил его чуть свет и не гнал работать, никто не фискалил, никто не крутил уши. Они с Торином вставали с рассветом, специально оставляя окна на ночь открытыми, чтобы первые же рассветные лучи разбудили их. Потом они умывались, расталкивали Малыша, оказавшегося большим любителем поспать, и шли завтракать. Потом Фолко с Маленьким Гномом отправлялись на задний двор, где хоббит до изнеможения упражнялся с тяжёлыми деревянными мечами, а Торин тем временем обычно запирался в комнате и читал Красную Книгу, выписывая что-то для себя.

Потом возвращались усталые и мокрые Фолко с Малышом, хоббит едва волочил ноги и, с трудом доплетаясь до кровати, обычно валился на неё как подкошенный. Его руки и плечи превратились в один сплошной синяк — Малыш, по-прежнему евший и пивший с ними и за счет Торина, старался вовсю и не давал хоббиту ни малейшей поблажки, уча отражать любые самые быстрые и коварные удары.