Кольцо Тьмы

Оддрун ждет…

Он торопливо поклонился и поспешно зашагал прочь, резко отмахивая левой рукой, очень озабоченный и немного смешной. Хоббит и гном проводили его долгими взглядами.

— Как он изменился здесь, в Городе, — со вздохом сказал Фолко. — Нет, Торин, по-моему, таким, как он, лучше бродить по лесам.

— Откуда ты знаешь, где он был настоящим: сейчас или тогда, на меже, помогая мне растаскивать дерущихся, — угрюмо буркнул гном. — Ладно, давай-ка зайдём куда-нибудь, а то у меня совсем в горле пересохло.

И вновь потянулись недели. Над Аннуминасом уже завывали первые декабрьские вьюги, По ночам в окна били снежные стрелы, специальные команды уборщиков принялись за вывозку снега с городских улиц.

Фолко постиг все прелести игры в снежки, где он неизменно выходил победителем, благодаря своему меткому глазу; из-за холодов ему пришлось сшить себе сапожки. Уже сократился до нескольких часов светлый день, уже Рогволд представил им первых охотников, вызвавшихся идти с ними в Морию, а если понадобится, и дальше, когда с Фолко приключилась странная история.

За время, проведённое в Аннуминасе, он нашел немало лавочек, где торговали разными древностями, и стал их постоянным посетителем.

Торговцы хорошо знали его и за небольшую плату позволяли иногда почитать ту или иную старинную книгу. Фолко особенно интересовался рукописями, относящимися к истории Предначальной Эпохи, а также ко временам основания Арнорского государства. Чаще других он заходил в расположенную в двух кварталах от их обиталища лавку, где у её хозяина, мрачного и неразговорчивого, можно было достать самые древние книги; у него попадались даже копии документов из архива, оставленного Великому Королю самим Элрондом.

В тот день Фолко, вернувшись с работы, стал собираться в свой очередной поход по книжным лавкам и вдруг с огорчением обнаружил, что застёжка на его тёплом плаще исчезла неведомо куда. После нескольких, неудачных попыток закрепить плащ на плече подручными средствами он внезапно вспомнил о найденной в лесу фибуле. Не долго думая, он полез в свой заплечный мешок, и его пальцы тут же нащупали небольшой твёрдый кругляш. Он вытащил фибулу, мельком глянул на неё, ещё раз удивившись её сложному, незнакомому узору, заколол ею плащ, взял свою сумочку с принадлежностями для письма и вышел, плотно притворив дверь.

Торин ещё сидел в своей кузне, а Малыш, как всегда, дул пиво в каком-нибудь трактире.

Закрываясь плечом от сильных порывов колючего и холодного ветра, смешанного с жёстким сухим снегом, хоббит без всяких происшествий добрался до знакомой узкой двери, над которой, поскрипывая на цепи, раскачивался причудливо выкованный дракон.

В лавке царил обычный полумрак, лишь слегка разгоняемый несколькими свечами.