Кольцо Тьмы

 — Я буду носить её на одежде, и если кто-нибудь узнает её, я с радостью верну хозяину потерянное достояние.

— А как ты узнаешь, что тебя не обманывают?

— Только тот, кто действительно потерял её, сможет правильно назвать мне то место, где я её нашел.

— Ну что ж, почтенный Фолко, дело твоё. Не смею настаивать, хоть и жаль, конечно. Предложение моё остаётся в силе, так что, как только надумаешь — милости прошу. — Хозяин поклонился и отошел в сторону.

Как раз в это время дверь скрипнула и в лавку вошёл новый посетитель. Архар занялся им.

Этот случай долго не шёл у хоббита из головы.

Он рассказал об этом Торину, и тот одобрил его решение.

— Правильно сделал, Фолко. Если эта штука ему так нужна, то, быть может, и нам пригодится, — заметил он.

Так закончилась эта история, и тогда ещё никто не мог предположить, какое неожиданное продолжение она возымеет. 

Прошёл декабрь, наступил Новый год, минул январь. Всё оставалось по-прежнему: Фолко в поте лица трудился на кухне, Торин — в кузнице, и — удивительное дело! — даже Малыш взялся за ум. Однажды он упросил Торина взять его с собой и там удивил всех мастеров своим умением чеканить и гравировать.

Он покрыл обычный, рядовой клинок такими узорами и так быстро, что слух о его умении разнёсся по оружейным мастерским Аннуминаса. Вскоре по вечерам Торин и Фолко могли наблюдать, как перед горящим камином, что-то тихо насвистывая, сидел Малыш, положив перед собой на чурбак длинное стальное лезвие, и не спеша поскрипывал своими диковинными инструментами, отыскавшимися где-то на самом дне его мешка.

По мере того как шли недели холодной, многоснежной зимы, навалившей во дворе сугробы в полный рост высокого человека, у них в доме всё чаще и чаще стали собираться гномы, которых Торин наметил в качестве будущих спутников.

Они приходили по двое-трое вечерами, старательно прикрывая лица капюшонами. Среди них были: Дори и Хорнбори, старый Вьярд, отбросивший свои страхи, Палёная Борода, иначе Бран, молодой гном Скидульф, первый заговоривший с Торином в тот памятный вечер в Аннуминасе, трое соплеменников Торина из Лунных Гор — Грани, Гимли и Трор; отыскалось и двое морийцев — Глоин и Двалин. Двое будущих спутников были родом с севера Туманных Гор — Балин и Строн. А в один из вечеров на пороге их дома внезапно появился Хадобард. Фолко не слышал, о чём говорил с ним вышедший в сени Торин, но, когда он вернулся, лицо у него было мрачное, а глаза злые. Больше Хадобард не приходил. Рогволд тем временем нашёл одиннадцать охотников из числа опытных следопытов, хаживавших и по лесам, и по горам, и по пещерам.

И наконец настал день, когда Торин, удовлетворённо вздохнув, заявил, что отряд набран. Это случилось уже в первых числах февраля, когда в Аннуминасе трещали особенно свирепые морозы.