Крысиные гонки

Говорит, там не только взорвалось и сгорело, но и значительную часть всякой взрывчатой хрени просто раскидало по лесу. Местные такие штуковины как в лесу находят, ну, типа покорёженных реактивных снарядов или мин, чаще всего стараются стороной обойти. Чтобы не подорваться; а там и просто куски тола раскидало; а кто в теме и разбирается, или просто отмороженные пофигисты — те взрывчатку собирают, и как топливо используют. А что — горит в печке вполне себе, коптит только. Ну и вот. Он тоже насобирал, просто так, только не знает что с этим делать, возит бестолку — никому не надо.

Ну я и купил. За бутылку самогона, пузырь ликёра и, хы, две новых колоды игральных карт — прикинь, Вовка, тоже — ценность!.. Кстати, ты прошлый раз в подпол лазил — бутылки не переставлял? Что-то там всё не так, и, кажется некомплект, или я сам куда переставил?

— Нет, не трогал. А это точно взрывчатка, Вовчик?

— Судя по всему да. И на вид, и пахнет специфически. Что бы шофёру придумывать? Надо будет попробовать, рвануть где-нибудь, а?! Перетопить на водяной бане, детонатор я сделаю; можно «кису» замутить, она тротил нормально заведёт, ацетон у нас есть, или там…

— Занятно.

Чем чёрт не шутит, может и пригодится. Нам всё может пригодиться, вплоть до этих удобрений, что натащили в сарай… Мы тут как на острове, нам всё впрок. Да! Я тебе не сказал — завтра Мэгги с Надькой утром придти обещали. Не знаю по какому поводу. Вроде как в бане мыться просились.

— Хы. Хорошо что презервативами затарились.

— Станешь тут. От такого окружения и такой жизни.

— Мэгги! — голос Артиста в темноте был сух и деловит, — Значит так. Хватит этого Буратину доить; пора его на щепочки и на топливо. Пригласишь его типа «на поговорить» в рощу, за школу. Он пойдёт, он на тя запал, хы. Я его понимаю, впрочем. Как и всех твоих прежних мужиков! Намекнёшь там, подмигнёшь, бедром коснёшься — не мне тебя учить. Буратина — так и вообще, он же деревянный, хы. Значит, по времени…

— Боря… — Мэгги просительно, — Ну зачем тебе всё это? Тебе же деньги не нужны, я же чувствую.

— Деньги для меня дело десятое, как и золото. Видишь, я даже не интересуюсь сколько у тебя, и где схоронено — неважно мне это.

— Да. Зачем тогда? Зачем ещё один грех на душу брать? Пусть живёт?

— Ха-ха-ха-ха! — в темноте смех Артиста прозвучал зловеще, — Про какие «грехи» ты говоришь?? Нету, дура, никаких грехов, не-бы-ва-ет! Ты видела — я после того, ну после «того», в церковь спокойно заходил, спокойно «молился-крестился», и никто меня, заметь, бл.