Крысиные гонки

Видимо, они прятались в алтаре за иконостасом, а теперь, увидев что в церкви только женщины и старик — а Отца Андрея за всклокоченную теперь шевелюру и седую растрёпанную бороду вполне можно было принять за старика, — вышли оттуда и теперь что-то «предъявляли»…

В руках двоих из них были ножи, а один прижимал к груди тускло блестевшие чаши и богато украшенные коробочки с крестами на крышке — Вовчик не знал как они называются, помнил лишь, что они стояли на отдельном специальном столике в алтаре, в том месте, куда нельзя было заходить. Как их? Дарохранительница, что ли. Подсвечник какой-то… Чаша. Ещё чаша. Ложка на длинной ручке… Во, бля. Мародёры. Идиоты, это же всё дешевка, даже не позолота, а так — начищено…

Мародёры что-то говорили торопливо и убедительно, держались они…собственно, держались они именно как мародёры, то есть трусливо-нагло. Наверное, и даже наверняка они не участвовали в свалке на улице, а сразу полезли в храм, и теперь, застигнутые «на горячем», трусливо-нахально что-то «предъявляли». Кажется, они хотели пройти мимо священника, которого они наверняка приняли за просто оборванного избитого старика, к входным дверям; и ещё требовали чтобы и старик, и женщины шли туда же.

Но священник их не слушал — он был поражён; казалось, поражён даже больше, чем то, что «на пригорок» вторглись чужие, разбили ему нос и чуть не зарезали; поражён тем, что наглые чужаки появились из алтаря, из-за Царских Врат, куда и прихожанам-то вход был заказан; и ещё тащили священные вещи, то, что называлось «реликвии», явно собираясь ограбить храм… Вот почему и двери были распахнуты, и замка не было; — влезли сюда пока на дворе сумятица случилась — и шарились. Священник на секунды аж онемел от возмущения и гнева — видимо он внутренне мог понять и вторжение на «его территорию», и даже убийства, но такое простое, незамутнённо-невинное осквернение храма ввело его в ступор — уж очень неожиданно они появились из алтаря… думали-то что всё — заперлись от чурок, в относительной безопасности теперь… а они — вот они.

Но замешательство длилось лишь секунды — возмущённо и повелительно возвысив голос:

— Земляки! Не опускайтесь до кражи в храме, не совершайте богохульства, не уподобляйтесь поганым псам!..

И он ухватил одного за руку, — зазвенели, сыпясь на пол, предметы утвари, — рванул на себя, — тот вырвался, толкнул священника, ударил… Завизжали бабки и тётки, две из них тоже кинулись на пришельцев, а другие, не рискуя связываться, только шарахнулись в стороны, организовав такое «звуковое сопровождение», что зазвенело в ушах.

— «Зашли с тыла, получается!» — мелькнуло в голове у Вовчика, — «Твою дивизию!..