Кулинарный детектив

Рыжие волосы, внушительный мясистый нос, пронзительный взгляд и пухлые губы, способные как скривиться в выразительной гримаске, так и сложиться в благосклонную монаршую улыбку – на портрете бабуля Вадика была один в один Генрих VIII Тюдор, только без бороды.

Как и король Генрих, бабуля Элеонора в свое время меняла супругов будто перчатки и в расцвете лет могла похвастаться тремя детьми от разных отцов, а на закате жизни – шестью внуками от разных детей. В этом многообразии потомков она особо выделяла Вадика, возможно, потому, что он единственный пошел по ее стопам, добравшись аж до Древней Греции. Элеонора Аристарховна тоже была профессором филологии, только романо-германской, и специализировалась на философских исканиях Айрис Мердок.

Катерина Айрис Мердок читала, а как же. В бытность свою подругой Ляпидевского старалась понравиться его любимой бабуле. И, к слову, изрядно от той натерпелась, потому что старуха неутомимо воспитывала ее (читай – пилила), называя этот процесс «шлифовка алмаза».

Катерине, конечно, льстило, что ее считают почти бриллиантом, пусть и недоделанным, но с бабулей Вадика она старалась встречаться пореже.

Что интересно, их встречи сделались более частыми, когда Катерина и Вадик расстались. Элеонора Аристарховна еще долго пыталась образумить экс-подругу любимого внука и вернуть ее в лоно своей семьи. Сам Ляпидевский понял, что это бессмысленно, примерно через год, а его бабуля – только через два.

– Ну так уж вышло, – оправдываясь перед дамой на портрете, развела руками Катерина.

Она почему-то чувствовала себя виноватой.

Надо, пожалуй, найти этот пропавший чемодан, хоть так сделать бедной старушке приятное.

Поздно уже, конечно, но, может, Элеонора Аристарховна где-то там, в другом мире, поставит галочку, отметив ее добрые мысли и намерения.

Вадик вышел из кабинета, когда Катерина уже съела два из трех бутербродов с колбасой, найденной в холодильнике. Нагло сцапал третий, откусил, прожевал и вспомнил о законах гостеприимства:

– Могу сделать яичницу «Анархия» по бабулиному рецепту, хочешь?

Катерина хотела, и Вадик приготовил им ужин.

Потом они выпили вина, переместились с кухни в гостиную и под приглядом нарисованной бабули Ляпидевской-Тюдор неумело, но старательно занялись детективным делом.

– Итак, когда он пропал? Чемодан твоей бабушки? – Катерина взяла блокнот и ручку, приготовившись записывать показания.

Записывать она умела. А вот о следственной работе имела довольно смутное представление, но не говорить же об этом Вадику. Пусть думает, что имеет дело с бриллиантом сложной и безукоризненной огранки.

– Точно не знаю, я сунул его за это кресло и забыл о нем, – признался Вадик, похлопав по крутому краснодеревянному плечу подобие королевского трона.