Кулинарный детектив

Бедины парковали свой «крузак» аккуратно, притискивая габаритный автомобиль почти вплотную к своему забору, мордой в противоположную от дома Ляпидевских сторону. В такой позиции камера видеорегистратора глядела вдоль улицы, видела только половину калитки дома напротив и оставшуюся до угла участка линию забора. Впрочем, и этого хватило, чтобы убедиться: не далее как в минувшую среду калитка дома покойного деда-соседа открылась и выпустила наружу чудо чудное, диво дивное.

Не то перекати-поле в человеческий рост, не то сильно исхудавшего снеговика.

Момент, когда калитка чудо-диво впустила, регистратор не зарегистрировал. Очевидно, это произошло раньше, когда машина Бединых еще не встала на прикол у дома.

Об отсутствии в этот момент благодарной публики, хотя бы в виде авторегистратора, можно было только пожалеть. Выходя из калитки, чудо было ориентировано к камере спиной, а в этом ракурсе опознать его представлялось невозможным.

Нелепейший наряд, местами вспухший пузырями, местами болтающийся унылыми хвостами, скрывал таинственного похитителя чемодана с головы до ног и явно был таким неудобным, что крайне странно экипированный злодей то и дело спотыкался. Не исключено, что до выхода с соседского двора он даже успел не раз упасть и поваляться в несвежем снегу. Это Катерина предположила, оценив блеклый цвет одеяния: белизной оно не сияло, скорее, выглядело кремово-желтым. Хотя, возможно, таким его видела маломощная оптика автомобильного регистратора.

Винтажный темно-коричневый чемодан безупречно строгих линий с общей расхлябанностью чудо-дивного наряда отчетливо диссонировал и своей ощутимой тяжестью дополнительно осложнял передвижение неопознанного субъекта.

«Далеко ли он так уйдет?» – с невольным сочувствием подумала Катерина.

Но далеко и не нужно было – только до угла, за которым чемодан и его носитель благополучно потерялись из виду.

– Итак, это кто-то в белом наряде, очень странном, мешковатом и сильно не по размеру. – Ляпидевский поправил очки и посмотрел сквозь них, потом поверх, потом вообще снял окуляры и несколько раз крепко зажмурился. Профессор откровенно досадовал, не находя ответов. – Что за одеяние, не пойму? Я бы сказал, гибрид хитона, пеплоса и гиматия, но в наше время? И в этих широтах?

– Какой-то максировочный наряд, – рассудила Катерина. – Вроде зимнего маскхалата, только на слона, и почему-то с блестками. Ты видел сверкающие полоски на нем вдоль да поперек, что это, как думаешь?

– Будь то обычный пеплос, я сказал бы, что это вышивка золотом, но в данном случае затрудняюсь с ответом, поскольку не понимаю логики: зачем нарушать маскировку блестящими лентами? – признался профессор Ляпидевский и, поколебавшись, все же закрыл свой ноут.