Оборотни клана Морруа

Вместе с супругами, к которым за три месяца привыкла как к родным и была бесконечно благодарна за поддержку, я все время искала пути спасения. Пока ни один из них не был надежным и хотя бы относительно безопасным. Для них.

Вокруг сплошные джунгли, пройти через них без проводника, оружия и припасов практически нереально. Учитывая тот факт, что из трех человек – вернее, двух и одного вера – только я обладаю достаточной выносливостью, способностью добывать пропитание и высоким уровнем выживаемости. Но и по поводу себя были вопросы: три месяца беспрерывной работы, отсутствия возможности даже ненадолго освободить свою звериную сущность, сказываются и на моем самочувствии.

Я слабею физически, нервы уже на пределе, ведь каждый день вынуждена сдерживать звериные порывы и дикое раздражение. Довольно часто начинаю бесцельно метаться по бараку, вызывая недоуменные и тревожные взгляды Катерсонов, но ничего не могу с собой поделать. К тому же мои способности вера еще не развиты в полной мере. Физической неуязвимостью смогу похвастать, если перевалю за трехсотлетний рубеж, а пока, в свои тридцать один, словно щенок-переросток, – слаба и уязвима.

Несмотря на пребывание в джунглях, где я практически ни с кем «подозрительным» не общаюсь, при первой же возможности составила «фирменное» волшебное средство, скрывающее мой запах оборотня, и каждый раз, приняв душ, на автомате опрыскиваю тело. Мне так спокойнее. Вот и сейчас, глубокой ночью, мучаясь от удушливой влажной духоты, приняла душ и привычно скрыла свой аромат. Вытерев влажные руки о легкие льняные брюки, поправив обтягивающую спортивную майку, слегка поддерживающую грудь, не сдерживаемую бюстгальтером, взяла очередную пробирку.

Наш барак расположен рядом с небольшой речушкой, вяло несущей мутные воды через территорию поместья Варгосов и убегающей дальше, неведомо куда. Ночь, луна и яркие многочисленные звезды дают достаточно света, чтобы, обладая еще и ночным зрением вера, близлежащее пространство просматривалось достаточно четко. И вот, судорожно вцепившись в неиспользованную пробирку, я вперилась в черную гладь реки, пытаясь рассмотреть, что же меня встревожило.

Тишина, нарушаемая стрекотом насекомых и криками ночных обитателей джунглей, казалось, тяжелым удушливым одеялом укрывала землю. Но и сквозь нее я услышала тихий всплеск, а потом, напрягая все свои органы чувств, заметила широкие круги на воде все ближе и ближе к берегу. Уже мысленно махнула рукой, подумав, что это вновь случайно заплывший крокодил пытается выяснить, чем бы здесь поживиться.