Она моя зависимость (СИ)

– Ты все время занят, – говорю тихо, можно сказать, выдержанно. – Я пыталась с тобой поговорить, ты сам…

Закончить он не дает. Резко разворачивается ко мне. Перехватывает мои руки, сдавливая запястья.

– Сам, – снова усмешка. – Только одно мне объясни: ты почему еще здесь, если так противно? А?

– Правда? Дурой не прикидывайся.

– Ты меня сейчас обижаешь, Андрей.

Рывком освобождает мои запястья и ударяет кулаком в стену. Вздрагиваю от этого удара. Смотрю на него пятирублевыми глазами и сказать даже ничего не могу.

– С тем, что ты боишься, мы разобрались. Проехали. А дальше? Мне, Еся, каково это все слушать? Сначала ты хочешь аборт, потом сомневаешься в нас, несешь какую-то чушь про то, что мы, возможно, расстались бы. Замуж ты не хочешь, потому что не по плану. Свадьбу тебе делать стремно, потому что залетела. Я могу смириться с твоими заскоками, мне вообще плевать!

– Не цепляйся к словам! Не выворачивай, проходили уже. Ты прекрасно поняла, что именно я имел в виду.

– Да, ну раз ты такой идеальный, то почему я сижу тут одна? В четырех стенах уже больше недели? Ты сюда только спать приходишь. Все.

– Если ты не заметила, до новости о ребенке все было точно так же. Я работал. Теперь делаю это еще усиленнее. Да и смысл сюда идти? Смотреть на твою притворную улыбку? Поперек горла уже.

Он швыряется словами не задумываясь, или же, наоборот, все у него выверено до мелочей. Каждая буква.

– Притворную? – хмурюсь, потому что медленно теряю нить разговора. О чем он вообще? Я же намеренно к нему не лезу, не провоцирую. Знаю, что все у нас как-то криво выходит. Обострять зачем?

– Тебе все это не нужно. Я тебя вынуждаю, так ведь ты думаешь?

– Тогда какого черта, Еся?

Нужно выдохнуть. Взгляд цепляется за букет. Вот его-то я в руки и беру.

– Это мне? – спрашиваю, чуть приподняв уголки губ. – Нужно вазу найти.

Суечусь у шкафчика, осматривая полки.

Чувствую, что Андрей смотрит. У меня между лопаток жжет от его взгляда.

Открываю кран, наполняю емкость водой и засовываю туда букет. Аккуратно ставлю на стол. Даже пару лепесточков поправляю.

На выдохе разворачиваюсь к нему лицом. Пик агрессии мы прошли. Теперь можно говорить. Теперь точно можно.

– Я о многом думала, – делаю шаг к нему. – Злилась, да, это правда. Я не понимаю, зачем нам пышное торжество, причем со смерти Славы еще года не прошло… Это как-то неправильно.

– Не говори мне, что проблема в этом.

– Нет. Но… Даже если все это отбросить. Ты мне как предложение сделал? Ну все, тогда решили: подадим заявление, купим кольца. Вот что ты мне сказал.

– Ну я… – он замолкает. – Мой косяк.

– Ты меня избегаешь.

– Я держу дистанцию, чтобы не было очередного взрыва.

– А я, по твоему мнению, по каким-то другим соображениям дистанцируюсь? – его бровь ползет вверх.

– Не знаю.