Попаданка и ее айдолы (двухтомник)

— На заднем плане раздался тяжелый женский вздох и легкий шлепок — кажется, миссис Ли одернула мужа, призывая воздержаться от лишних откровений.

— Когда родился наш золотой Ле-Ле, все удивились, в кого он такой хорошенький, — продолжил мужчина, — а еще талантливый. Умный. Мы старались изо всех сил, чтобы у наших детей было лучшее будущее. Агентство «Син-Син» поставило условие. Мы не должны появляться там, где нас могут сфотографировать вместе с сыном. И лучше не звонить, чтобы не отвлекать его. Ведь если его поклонники увидят нас или как-то отследят разговор, сопоставят… то усомнятся в естественности его внешности и талантов. На рисовом поле, как всем известно, не растут орхидеи. — Я живо вспомнила, что это здешняя восточная поговорка из разряда нашей «от осинки не родятся апельсинки».

— Но переписываться нам никто не запрещал! — Впервые в голосе миссис Ли прорезалось что-то, что живо напомнило мне львиный рык ее сына. Вот в кого наш кот пошел характером, оказывается. — И мы никогда не теряли с ним контакт! Ты можешь приехать. Я пришлю тебе адрес. Мы будем ждать тебя к ужину, у нас как раз будет первая проба нового рецепта острого соуса. Из наших собственных красных перчиков последнего урожая. И апельсиновый чай. Горный, дикий, полезный. Муж сам собирал в лесу, такого в городе никогда не будет.

Ну что сказать… если этим вечером меня кто-то ждал в апартаментах под колючей леди — он не дождался. Потому что я задержалась в гостях и меня оставили переночевать, не отпустили так поздно в ночь даже на такси. Потому что ферма Ли располагалась далеко за городом, в предгорьях.

Не знаю, кто придумал, что эти люди некрасивые. Более приятной внешности я еще в этом мире не видела. Да, сильно загорелая кожа, простые манеры, обветренные губы, морщины… но какие они оказались… теплые! Настоящие. Какие-то… рядом с ними уже через полчаса начинало казаться, что прочнее и надежнее этого небогатого дома нет ничего в мире.

Что бы ни произошло снаружи, тут всегда будет аккуратно обработанное поле за окном, теплый рис в миске, много разных незатейливых закусок на столе, чай и негромкий смех.

Я позавидовала, если честно. Всем бы таких родителей. И твердо пообещала себе: что бы ни случилось, а Лео не будет стыдиться своих корней. Я сломаю эту систему, если понадобится — вырву с корнем, но такими людьми должны гордиться все — от прохожего на улице до президента. Потому что без них не будет ничего. Вообще.

Свой один процент акций, последний, именно тот, которого мне не хватало до контрольного пакета, они все-таки отказались продавать, даже за цену, десятикратно превосходящую начальную стоимость.

Но, пообщавшись еще немного, мы нашли прекрасное решение.