Попаданка и ее айдолы (двухтомник)

— Тем не менее меня все равно поразило, что весть о моих похождениях на любовном фронте была воспринята отцом так спокойно. Мне казалось, что это-то и будет нашим главным камнем преткновения, но он упомянул эту новость практически буднично.

— С Рю Ромом?! — внезапно пискнула Эрика и чуть не села мимо стула. — Вей… Вей-ди?!

Зря она привлекла к себе наше с отцом внимание, ох зря…

— Про тебя-то мы и забыли, сестренка, — задумчиво констатировала я, разглядывая истеричку от модной в этом сезоне стрижки до стильных лодочек. — Пап. С этим придется что-то делать. Ты ведь дал ей свою фамилию. Опозорит и не заметит.

— Что ты себе позволяешь?! — очнулась на этом моменте мачеха. Всю дорогу молчала, ведомая безошибочным инстинктом самосохранения, но тут не выдержала, потому как в дело вступил другой инстинкт, более мощный: материнский.

— Мама, не волнуйтесь, — жестом остановила ее я. — Вы должны быть на нашей стороне. От этого зависит будущее Эрики. Правда, пап?

— Что ты имеешь в виду? — Кажется, господин Ян начал получать некоторое извращенное удовольствие от моей наглости.

Я не обольщалась. Он еще припомнит мне обман с иностранным вузом. И не только мне. Не такой человек господин Ян, чтобы спускать на тормозах ситуацию, где ему на уши не единожды навешали лапши. Более чем уверена, что позже, наедине, мне выскажут всё. А вполне возможно, что и накажут соответствующе. Здесь нормально даже взрослых детей поставить на колени и оттаскать за уши.

Но пока он готов подождать и посмотреть, что из всего этого выйдет. А еще трезво понимает: я выросла и сорвалась с поводка. Почти. Какие-то ниточки остались, но малочисленные и не слишком надежные. Так что папуля не спешил их рвать. Он слишком опытный бизнесмен и манипулятор, он знает, что даже одна нить тоньше волоска может удержать крепче корабельного каната. Главное — правильно ею воспользоваться.

А для этого надо иметь холодную голову и бездну терпения. Как у хищника в засаде.

Рю ассоциировался у меня с волком. Хищник, конечно, но все-таки в душе вполне себе милый щеночек с мягкими дурашливыми ушами и толстыми лапами. Характер у него наглый, но ласковый. К своим. Чужих съест и не подавится.

Вейшенг, скорее всего, леопардовая мурена. Красивый, удивительно яркий и с постоянно открытой напоказ пастью, полной острых зубов. Но мало кто знает, что у мурен просто нет жабр. Эти рыбки дышат с помощью потока воды, проходящего через открытый рот. И потому вечно оскаленная морда — это не попытка вас сожрать, это лишь способ не задохнуться.

А вот папуля — опытный, матерый тигр. Это не львенок Лео, который больше рычит, чем кусает. Этот молча загрызет и как звали — не спросит. Он тоже, пока сыт и доволен, может играть с наглым козленком, как некогда Амур играл с Тимуром.